А сам Чимбик нащупал в кармане кулон и задумался о значении этого подарка. Пусть он его и не принял, кулон был подарком. Почему-то казалось неправильным хранить его и дальше. Неправильным по отношению к Эйнджеле.

Словно он пустил чужака за незримую черту, которую разрешено пересекать только ей.

Словно прочитав его мысли, Запал попросил:

— Садж, дашь на минуту кулон?

Чимбик молча протянул украшение, думая, что солдат ещё раз хочет полюбоваться на эффект изменения цвета. Но Запал, отвечающий в отделении за минно-взрывное дело, поднёс янтарь к пластине инженерного сканера.

— Через два дня учения, — пояснил он на немой вопрос сержанта. — Отрабатываем высадку на побережье. Необитаемые земли, на пляже может быть такой янтарь. Помогу Сверчку сделать подарок Нали.

— Спасибо! — просиял Сверчок.

Чимбик забрал кулон. Прежде чем убрать его обратно в подсумок, репликант не удержался и посмотрел на цвет камня.

Багровый, с золотистыми всполохами, похожими на молнии в грозовом небе, он как нельзя лучше отражал сумятицу в душе сержанта.

— Нам ещё разрешены выходы в город? — уточнил он.

— Да, — кивнул Диего. — А что?

— Мне нужно завтра выйти, — Чимбик встал. — Пойду, посплю. Спокойной ночи.

Усевшись на койку в своей комнате, он включил терминал и написал рапорт на увольнение в город.

Несмотря на отсутствие замечаний к прошлому выходу в город, без сопровождения Чимбика не выпустили. Броню тоже пришлось надеть. И на этот раз сопровождала его не Талика. Как объяснил сержанту улыбчивый гид-идиллиец по имени Лукас, она взяла выходной.

Достав гражданский комм, сержант набрал номер Талики.

— Мэм, добрый день, — вежливо начал он, едва идиллийка ответила на вызов. — Сержант РС-355085. Я хочу вернуть вашу собственность, мэм.

— Рада вас слышать, — с уже привычной, но всё ещё необъяснимой радушностью ответила Талика. — Мы можем встретиться часа через четыре, или, если хотите, я сброшу адрес и вы подъедете ко мне. Как вам удобней?

Сержант поймал себя на том, что ему интересно увидеть, как живёт Талика. Насколько он успел понять, большинство дворняг трепетно относится к своей личной жизни, крайне неохотно демонстрируя её посторонним, но полученное приглашение означало, что он не нарушит никаких негласных запретов приехав к дому.

— Лучше, если подъеду к вам, — Чимбик замер, ожидая ответа.

— Жду.