Ночами я просыпалась тесно прижатой к телу Игоря. Он словно старался сделать так, чтобы мы соприкасались, максимально оплетая и захватывая меня. Но при этом я больше не испытывала скованности, и даже сквозь сон не мнилось, что я в клетке. Каждый раз его ладонь оказывалась на моем животе, и создавалось впечатление, что между Игорем и ребенком происходит некое общение, странный обмен сознанием, в который я то ли не посвящена, то ли просто мне он не предназначен. Но обиды или отчуждения от этого не возникало. Наоборот, внутри росла радость от этого непостижимого пока единства моего ребенка и его отца. Если это не мои фантазии, и что-то происходило, то это было правильным в самом высшем понимании этого слова.

Никто из братьев с паразитами не появлялся в зоне моей видимости. Что не могло не радовать и помогать мне набираться сил. Еще больше меня развеселил состав появившейся на второй день охраны виллы. Едва увидев моего старого знакомого — шкафообразного Александра, я чуть ему на шею не бросилась. Буквально накрыло от осознания, что он свидетель того, как разительно все поменялось, и даже посетило что-то вроде ностальгии по прежней беспечной жизни. Лица остальных шести охранников тоже были знакомы, хоть имен я и не знала. Александр разулыбался, увидев меня, хотя моментально посерьезнел под тяжелым рамзинским взглядом. А вот остальные секьюрити явно не были счастливы от перспективы снова лицезреть меня. Особенно скисли те двое, что пережили мои издевательства, когда Игорь запер меня в доме в России. Это было настолько очевидно, что даже годами тренируемый профессиональный покер-фейс не смог скрыть их страдальческих гримас.

— Да ладно, мужики, — поспешила я их успокоить. — Я больше так не буду. По крайней мере в секс шоп точно не погоню. Я решила, что фиолетовый вообще не мой цвет.

Игорь зыркнул на меня грозно, но промолчал, и я видела, что в уголках глаз спряталось такое не свойственное ему лукавство. После краткого инструктажа никто из охраны почти не попадался мне на глаза, видимо, считая, что чем дальше от психованной бабы, тем спокойней, а искать специально того же Александра, чтобы пристать к нему с какими-нибудь вопросами, я не рисковала. Да и что я могу у него спросить? Разговоры на личные темы он точно не поддержит, помня о реакции Рамзина на наше неформальное короткое общение. А больше о чем? Не изменился ли политический климат в стране и мире, пока я тут оторвана от всего? Или что там с курсом рубля? Очень жизненно-важная тема для меня прямо сейчас. Тем более после того, как Игорь предоставил мне свободный доступ в сеть, и все это я могла узнать и самостоятельно. А еще с недоумением нашла на каждой из моих страниц в соцсетях тысяча и одно сообщение от Семки. Он писал мне каждый день с того момента, как мы покинули его квартиру. Умолял отозваться, написать, в порядке ли я, грозился обратиться в полицию, если я не отвечу. Я подняла шокированный взгляд на Рамзина, который как раз валялся рядом на огромном круглом диване, стоящем на открытой веранде, и по своему обыкновению не сводил с меня глаз. И опять мне даже не пришлось ничего говорить вслух.