Две гигантские волны, белая и зеленая, всё ускоряясь и ускоряясь, покатились на встречу друг другу. Наши орки выпустили всех своих фамильяров, а белые всех своих, больше всего похожих на черных, гигантских богомолов. Две невысокие волны призванных фамильяров столкнулись посередине, а затем, налетев на них, столкнулись уже огромные волны, состоящие из их хозяев, породив самое настоящее могучее цунами хаоса и разрушений.

В мгновение ока были разрублены десятки живых существ из обеих армий. Во все стороны полетели отрубленные головы, руки, ноги. Кровь хлынула рекой и ездовые животные стали оскальзываться в ней. Выросшие горы и целые валы из трупов, кое-где разделили сражающихся и наконец-то замедлили этот безостановочный водоворот смерти.

Копья вонзались в тела, огромные секиры разрубали щиты, черная кровь белых орков смешалась с красной кровью зеленых орков, окончательно превратившись в грязь, в которую, то тут, то там, валилось очередное, изрубленное до состояния неузнаваемости тело. Ни одна из орд не стала предпринимать никаких тактических маневров, типа ложного отступления, удара во фланг или засады. Просто одна толпа озверевших орков, рубила другую толпу, которая отвечала ей тем же. Ненависть сражающихся бойцов, просто зашкаливала. И закончиться это всеобщее побоище, могло только одним логическим концом – кто кого закопает, тот и победит.

И вот только сейчас, когда обе, кромсающие друг друга орды, окончательно остановились и перемешались, разбившись на одиночные и групповые схватки, Рохо – командовавший нашей сборной, пешей дружиной, повел нас в атаку. Смотревшейся до этого несерьезно, на фоне мощных орков сидящих на длинноногих топотунах, наш отряд, тем не менее оказался вполне себе грозной силой. Сразу же сходу врубившись в общую кровавую свалку мы тут же вынесли два десятка, бледных убийц, потеряв при этом десяток своих и сплоченным, железным, копейным наконечником, стали углубляться в плоть кипящей вокруг нас битвы.

– Рубить по-русски! – медведем прорычал, древний шаман Рохо и закрутил огромной, даже для орков секирой, рубя ей направо и налево, что бледных орков, что их чешуйчатых, противно шипящих скакунов. Вот я так и знал, что за этого нпс, играет кто-то из реальных игроков. Уж слишком он был живым, не похожим на других, имеющим свою индивидуальность персонажем.

А битва вокруг нас, подобно лесному пожару и не думала стихать, а скорее даже на оборот, раздуваемая ветром ярости и ненависти, распалялась всё больше и больше. Вот уже почти половина, из схлестнувшихся здесь орков была уже мертва. Зато оставшиеся в живых, словно заразившись инфекцией берсеркерства, рубили и кололи друг друга с удвоенной силой и яростью.