Этос презрительно улыбнулся.

– Ты знаешь, что сделаю. Ты знаешь, что я не могу ослушаться. Я научен подчиняться. – В его голосе кипел гнев. – Ослушаться тебя означает умереть. Но зачем всё это? – Последние слова он почти прокричал.

– Потому что ты до сих пор обучаешься, – ледяным тоном ответил убийца. – Потому что ты ещё не являешься тем оружием, которое я из тебя решил сотворить. Ты стал попал в плен иллюзий. И я выжгу из тебя эту слабость. Лезвие моего клинка будет безупречным. Я избавлю тебя от всех эмоций. Всех до единой. Ты будешь повиноваться.

Этос долго смотрел на учителя тяжёлым взглядом. Наконец развернулся и пошёл в зал.

Гадюка наблюдал за каждым его шагом, и на его лице появилось слабое подобие улыбки.

На деревянных ногах Этос подошёл к столу, за которым сидела Артемис. Как ни странно, юноша был полностью спокоен. Всё его тело онемело от осознания того, что он сейчас сделает.

– Мне приказали убить тебя, – спокойно сказал он, опустив глаза и вынимая кинжал, который дал ему Хелбен.

Её глаза расширились.

– Ты мне доверяешь? – спросил он.

Она кивнула:

– Я доверяю тебе.

– Тогда слушай внимательно. Когда я опущу кинжал, ты побежишь, так быстро и далеко, как только сможешь. И не оглядывайся назад, не ищи меня, меня там не будет. Сегодня я умру. Я постараюсь задержать его как можно дольше. Готова?

– Этос… – сказала она, и в её глазах заблестели слёзы. Они сдавили ей горло, и остальные слова так и застряли в нём.

Этос заметил, что его руки дрожат. Он заставил себя успокоиться. Нет! На прощания не было времени.

– Готова? – снова спросил он, стараясь чтобы его голос звучал ровно.

Она кивнула.

Вопреки всем усилиям его глаза влажно блеснули.

– Я люблю тебя, – просто сказал он.

В углу её глаза появилась слезинка и скатилась по щеке.

– Я люблю тебя, – сказала она. – Навсегда.