— Здравия желаю, тарщ майор, — козырнул Вовка, стараясь не дышать в сторону начальства.

— Отсочал? — ухмыльнулся тот и пожал Вовке руку. — Супруга тоже?

— Угу, только попить бы чего-то, а то во рту…

— Скажи спасибо, что американцы привезли с собой что-то похожее на антипохмелин. Вон там, — показал он рукой на большую палатку в самом углу лагеря, — стоит столик и рядом медсестра дежурит.

— Благодарю, — забывшись, кивнул Мочалов и сразу скривился.

— Пить, Володя, тоже нужно уметь, — усмехнулся Суслин.

— Тарщ майор, а руководство где?

— Ты про какое — американское, наше или ваше?

— Наше и моё.

— Наше уже улетело — час назад как. А твоё ещё спит в какой-то палатке.

— Тарщ майор, а вы это… не знаете, будут ли санкции? — осторожно спросил он.

— Насколько я в курсе, официально нет, но генерал Мочалова с утра выглядела хмуро… Да, наворотили вы… — покачал он головой.

Вовка отошёл от майора и дал знак Вале двигаться за ним.

— Ну чё, удалось что-то узнать?

— Валюш, майор сказал, что наше верховное начальство свинтило домой. Американцы, как я понял, остались здесь, но вряд ли их сейчас кого увидишь. А ты что хотела?

— Телевышка готова, надо бы доложить. А наши где?

— Суслин сказал, что ещё спят. А мы сейчас идёт к вот той палатке — там союзники привезли антипохмелин.

После принятия вовнутрь шипучки, самочувствие улучшилось. К тому времени, направляемые майором Суслиным отдельные группки юнармейцев, страдающие похмельем, потихоньку начали собираться вокруг заветной палатки. А уж вовремя поданный обед и вовсе разбавил муки хорошим настроением.

Вовка вышел из-за стола и буквально через пару минут его окликнула Звягина.

— Вов!