А пока ЮнАрмия ещё находилась в Херсонесе, взаимодействие трофейных команд Мочалова, Сколковой и первых лейтенантов Додсона и Верховски только добавило взаимного уважения между ними. Помимо них, часть юнармейцев рассредоточилось по занятым ранчо — бывшим деревням и сёлам Херсонщины, где привыкшие выживать в спартанских условиях парни и девушки приучали новоиспечённых фермеров хозяйствовать на земле. Не в плане обработки земельных участков, а в устройстве быта — сценарий Рябиновки повторился во всей красе. Американцы сначала пытались сами решить трудные житейские вопросы — им претило, что русская молодёжь «поучает» их, но в конце концов их попытки в половине случаев потерпели фиаско, и вот тут Моника Свифт проявила характер, буквально заставившая принять помочь опытных младших коллег.

19 августа 2028 года. Херсонес. Вечер

Вот и настало время прощания подразделений ЮнАрмии между собой и с гостеприимной землёй Херсонщины. Праздничный ужин под открытым небом, плач девчонок, сдруживщихся почти поголовно между собой и от того тяжело переживающих расставание, огромные костры, вокруг которых расположилась практически вся ЮнАрмия. Даже американские тинейджеры, попавшие в подразделения Дарьи, не стали белыми воронами и примкнули к празднеству. Естественно, была официальная часть, на которой присутствовало как американское руководство, так и наше.

— Дамы и господа, коллеги! — праздник открыла самим контр-адмирал. — Я, как и вы, за то время, что ЮнАрмия провела на этой земле, успела понять многое. Первое, это то, что прав был майор Скрэп, назвав вас маленькими взрослыми. Вы не только помогли нам начать осваиваться на этой земле, но и с честью защитили её от посягательств врага. Я хочу сказать, что это дорогого стоит — нет никаких сомнений, что наше и ваше будущее неразрывно и находится в надёжных руках. Как на земле, так и в воздухе. Второе. Почти за месяц я наконец-то смогла понять девиз русских «один за всех и все за одного». Смогла понять и принять его как неотъемлемую часть жизни. Равно как и настоящую дружбу между нашими народами.

Рядовых американцев настраивали против русских, но жизнь сама расставила приоритеты — теперь мы одно неделимое целое, скреплённое не только совместными операциями, но и дружескими, а в некоторых случаях и брачными союзами наших граждан. Наши вертикали власти занимают люди без различия на пол или национальность — только по профессиональным качествам. Так было во времена первых поселенцев и так есть сейчас. Да, мотыга и кольт и раньше служили оплотом безопасности и благоденствия, и так есть сейчас, но все мы должны уяснить, что только совместными усилиями возможен возврат к нормальной жизни, что сосед обязательно должен стать другом, а не конкурентом. И чем быстрее все это уяснят, тем быстрее поднимутся с колен.