Пока Ольга проходила второй круг тренировки, старлей возвратился с девушкой ненамного младше её самой. Девчонка была пунцовой и прятала стыдливо глаза.

— Вот, Рита, инструктор из другого анклава. Ольга, как тебя по батюшке? — обратился к ней старлей.

— Не доросла ещё, — усмехнулась Яншина. — Так, Рита, что можешь-умеешь?

— Я гимнастикой занималась…

— Растяжка имеется?

— Да…

— Да не трусь ты. Показать сможешь? — та кивнула. — Давай прямо сейчас. Так… хорошо, а теперь стоя… о! Норм… Бегать сколько сможешь? Километр, два, три?

— Не знаю… А сколько надо?

— Сколько можешь и ещё чуть-чуть, — улыбнувшись, скрестила на груди руки Ольга, отчего «кубики» отчётливо проступили на её прессе.

— Ого у вас пресс… Такой… — снова смутилась Рита.

— Будешь заниматься по четыре-пять часов в день, и через полгода, может чуть больше, у тебя такой же будет. Ну и правильное питание, только без «химии».

— Ну, что скажешь, старший сержант? — испытывающее посмотрел на неё старлей.

— Что скажу? «Кирюху» надо драть ремнём, если вот она не подошла, — с серьёзным лицом ответила Яшина. — Рита! Завтра утром подойдёшь ко мне в 338-ю комнату. За мной люди полковника должны прибыть. Поедем в спортзал набирать людей. Ты принята однозначно. Мне «коровы на льду» с одной только мышечной массой точно не нужны. У меня во взводе у всех и растяжка, и мышцы были. Но ты точно решила связать свою жизнь с армией? И почему, если не секрет?

— Хочу, правда… Потому что застенчивая… Я и в спортшколе была такая. Поэтому выперли, сказали — нет воли к победе.

— А они её воспитывали в тебе? Или решили дальше тебя использовать на всём готовом и без их участия? Нет, поработать, конечно, есть над чем, но на то и я здесь.

— Спасибо! — с чувством пожал ей руку Зубов. — С меня магарыч.

— Я мзду не беру, мне за державу обидно, как говорит наш генерал-майор Ермолаев.

— Слушай, тогда если что надо будет — говори, мы поможем.

— Да, Оль! Без проблем! Только скажи! — загалдели парни.

— Спасибо, буду иметь в виду, — улыбнулась та.