— А, вы же не были в Хмырово… те пузатые мужики, что с крестами и черепами на одежде, называют себя христолюбами. Именно под их руководством нас и выгнали из анклава. Они привезли в посёлок подставных лиц и перехватили руководство. А потом и нас взашей.

— Так, а вот это стоит узнать поподробнее. Знаешь, подойди-ка ты в Совет к полудню. У нас есть кое-какая информация на этот счёт, но в пылу вашего освобождения о ней забыли.

— Антон Александрович, а что с нами будет? — спросил один из мальчишек.

— Ну, занимаетесь и занимайтесь, — пожал он плечами. — Только об оружии вам пока рано даже думать.

— Ребята, мы найдём, чем его заменить. Хотя бы на первое время, — успокоила Аня мальчишек и девчонок.

— И чем? — усмехнулся Антон.

— Пусть это будет для вас сюрпризом, — уклонилась от прямого ответа девушка.

— Если я узнаю, что твой свёкр…

— Я не настолько глупа, чтобы подставлять его, да ещё и говорить об этом.

24 июля 2027 года. д. Тополиновка. Полдень

Утреннее событие не осталось без внимания Совета. Антон, безусловно, рассказал всем о замысле Ани чем, естественно, вызвал жаркие дебаты. Мнения разделились почти пополам: Сергей, Денис и Саша одобряли её замысел, тогда как Вера и Антон не понимали целесообразности создания такой группы. Пришедшие чуть позже Захаров, Кулешов и Ефимов неожиданно встали на сторону группы Сергея. Антон угрюмо смотрел на распаляющихся в споре Веру и остальных, а потом решил сменить вектор беседы.

— Так, хорош лаяться. Вон идёт виновница нашего спора, — указал он на приближающуюся к дому Аню. — И сейчас мы узнаем дополнительные штрихи к портрету.

— К какому портрету? Ты о чём? — удивилась Вера.

— Мы так напряглись зачисткой Рябиновки, что упустили кое-какую информацию от засланного казачка. Помните о нём?

— Так его же пристрелили? — удивился Захаров.

— Не спорю, но я ж его расколол, ещё в лесу. А он поведал очень интересную информацию. Поначалу я думал, что это всё пустышка, но сегодня Аня рассказала мне часть того же.

— Здравствуйте! — поздоровалась девушка, входя в дом и проходя к столу, за которым сидели члены Совета.

— Ань, давай без официоза, — обратился к ней Девятов. — Нас интересует, кто такие христолюбы и с чем их едят.