— Это не их едят, а они едят, — холодно поправила его девушка.

— Ты хочешь сказать, что они тоже людоеды? — удивился он.

— Ходили такие слухи. Того, что было в Рябиновке у нас не было, но дыма без огня не бывает. Хотя за руку их никто не ловил, но кое-кто пропал бесследно.

— Это ты о ком? — спросил её свёкр.

— Ты Редькиных помнишь? Ну, дядю Сашу и его брата?

— А, ну конечно!

— Дядя Саша был как Антон Александрович по должности, а его брат помогал ему. После свержения власти в пользу прибывших, они оба исчезли и никто больше о них ничего не слышал. Ходили разные слухи, а потом один из этих христолюбов обронил фразу, что сильных врагов нужно есть. Точнее — его сердце. Это вроде как говорили ещё волхвы в старые времена.

— Где обронил? Когда обронил? — задал вопрос Девятов, скрестив пальцы рук на столе.

— С нами в Рябиновке был дядь Вася Новосёлов. Его потом, к сожалению, съели эти нелюди. Так вот он об этом и рассказывал.

— Мне непонятны два фактора, — встрял в разговор Пасечников. — Во-первых, почему лже-Михаил выдал нам очень важную информацию? Во-вторых, почему вас не ликвидировали, а выпустили из Хмырово?

— Предполагаю, что дядя Вася услышал ту фразу случайно, — пожала плечами девушка. — А почему не ликвидировали… наверное, потому что не хотели перед оставшимися себя компрометировать. Я так думаю.

— Лже-Михаил, на мой взгляд, играл ва-банк, пытаясь завлечь нас в какую-то ловушку, — выдвинул версию Мочалов. — На явной лжи он бы сразу прокололся — ведь понял же, что перед ним человек из уголовного розыска…

— Это почему он понял? — усмехнулся Девятов.

— Тоша, ты же не пальцем деланный, как любишь говорить, следовательно, тоже должен принять в расчёт, что есть люди, способные к анализу задаваемых вопросов, — ответил за Сергея Денис. — И тут я согласен с Мочаловым — пусть тот был фанатиком, но быстро просёк, что перед ним минимум бывший опер УГРО. Дать часть правды и чуть прибавить лжи — всё, версия готова. Кстати, если бы не Аня, неизвестно как бы всё повернулось.

— Да, ключевой свидетель — великая вещь в раскрытии дела, — постучал пальцами по столу Девятов. — За то тебе, Аня, большущая от меня благодарность.

— Что-то я не вижу этого на деле, — горько усмехнулась девушка. — Только непонимание и запреты.

— Да ты… — хотела что-то сказать Вера, но её перебил Пасечников.

— Тихо, остынь. Аня, для чего весь этот цирк с бойцами юнармейского движения[40]?

— Сколько у нас бойцов охраны? — в свою очередь задала вопрос девушка. — А если христолюбы припрутся и к нам в деревню? А их к нам приехало не десяток и не три.