— Игорь, а твой друг назвал имя своего шефа? — поинтересовался Белов, пока они шли к КУНГу айтишника.

— Полковник Робинсон.

— Вот тебе и на! А ведь я его знаю, — покачал головой особист. — Пересекались ещё в Сирии.

— И как вы его можете охарактеризовать? — спросил Мочалов. — Что он за человек?

— Скажу, что Робинсон — один из немногих, у кого были мозги и адекватные решения. И он без традиционного американского чувства собственного величия. Всё, о чём мы с ним договаривались, он выполнял. Даже помню, что один раз получил втык за это.

— Втык? — удивился Игорь.

— Его руководство решило переиграть планы при взаимодействии с нашими силами, а Робинсон не стал их менять — заартачился. Потом я узнал, что его наказали.

Игорь пропустил гостей в свой КУНГ и сразу же включился в чат.

— Майкл, руководство здесь. Мы готовы общаться.

— О`кэй. Полковник Робинсон поздравляет вас, господа, с успешным отражением атаки фанатиков и просит рассмотреть вопрос об исходе части его людей к вам. Ситуация у нас почти катастрофическая. Рассчитываем на вашу благодарность. Первый вклад в лояльность наших отношений мы уже сделали — спутники теперь в вашем распоряжении, только подключаться нужно нечасто и не ко всем — могут заметить в Центре.

— Игорь, пиши, а я буду диктовать, — Белов вплотную подошёл к Сомову.

— Какова планируемая численность вашей группы?

— Приблизительно 150 человек, может, чуть больше. Все проверенные и надёжные люди. Полковник Робинсон ручается за них. В исход пойдут люди только с личным оружием, никакого спецоборудования. Морпехи, часть пехоты, руководство операции по исходу.

— Почему решились на исход?