— Хорошее ты дело, Сергей Иванович, возродить решил, — заметил он, когда Звягина ушла. — Ничего, что на «ты»?

— Не возражаю.

— Так вот, повторюсь — молодец. Молодёжь при деле, не барагозит, опять же дисциплина с малых лет. Смотрю, даже пистолет у неё есть?

— За ней и «ксюха» закреплена. В бою без автомата дохлый номер.

— И стрелять умеет? — удивился Белов.

— А зачем тогда выдавать? — в свою очередь удивился Пасечников. — Для мебели?

— Логично, — кивнул тот. — Тогда это действительно сержант.

— И взвод набрала из молодёжи сама, — поддакнул Захаров. — Жаль, наград у нас нет. Ещё двое из юнармейцев геройски погибли в том бою.

— О, как… — Сабуров даже остановился. — Не знал… хорошо, прибудет Ермолаев, помогу решить вопрос с награждением. Есть кое-какие запасы.

— Будем благодарны, — кивнул Мочалов.

— Командир роты у неё кто? — поинтересовался Белов. — Надо бы переговорить с ним — пусть девочка станет примером для подражания.

— Не с ним, с ней. — улыбнулся Сергей.

— Моя невестка — Анна Захарова, — сказал Евгений. — Опытный следопыт, очень хорошая физическая подготовка.

— Хм, стесняюсь спросить, а кем у тебя тогда сын? — прищурился Белов.

— Снайпер. Завалил мехвода БТРа противника через открытый люк. Прямо на марше.

— Хренассе… — Белов и Сабуров переглянулись. — Да, полна земля русская самородками… А я его к себе возьму, — Белов хлопнул себя по коленке. — Толковый снайпер с опытом работы…

— А до этого он бандюков кучу завалил, — добавил Мочалов. — И это при том, что парню всего шестнадцать.

— Сколько?! — Белов резко остановился.

— Да вы на него посмотрите и не дадите столько, — заступился за сына Евгений. — Минимум двадцатник. Мы потому и разрешили им пожениться — оба заслужили и любовь у них несколько лет.

— Ладно, обо всём потом, а то кишки вальс цветов играют, — усмехнулся Сабуров.