— Товарищ генерал-майор! Боевая задача выполнена. Потерь нет.

— Раненые?

— Как таковых нет, но…

— Что случилось? Не молчи, лейтенант!

— Товарищ генерал-майор. Это надо видеть самому…

— Твою дивизию! Да что там случилось? Кто-то заразился?

— Никак нет. Мы скоро будем. Разрешите вопрос?

— Давай.

— Как с отражением атаки христолюбов?

— Всё закончилось. Отбили атаку. Подробности узнаешь позже. Всё, ждём вас. Отбой.

Через некоторое время они уже входили в анклав. Бойцы охраны «Тумба-один» во все глаза разглядывали колонну юнармейцев, но не рискнули задавать вопросы. По мере движения по Тополиновке к колонне стал подтягиваться народ. Женщины ойкали, ахали и испуганно зажимали руками рты. Наконец, рота подошла к дому Совета анклава, из которого выбежал сам Мочалов. Вид двух абсолютно седых мальчишек выбил из него всю радость общей победы. Пасечниковы тоже вышли встречать роту юнармейцев. Увидев Сколкова и Ермолаева, Саша не выдержала и заплакала. Присутствовавшие здесь же Самохин и несколько офицеров десантников молча взяли под козырёк.

— Парни! Как же вам досталось… — покачал головой Денис.

— Рота! Разобрать оружие у добровольцев и сдать в оружейку, — скомандовала Аня.

Пока те понуро собирали автоматы у добровольцев, Захаров-старший подошёл к невестке.

— Ань, что случилось?

— Они с сапёрными лопатками вышли на «шоколадок». Всех порубили… потом в пруду искупались и сразу обнаружили ЭТО. Все — сорок один человек — поседели в той или иной мере. Я сама в шоке…

— Товарищи юнармейцы! У меня нет слов, чтобы выразить вам свою благодарность, — голос Мочалова дрогнул. — Я могу лишь поклониться вам за ваш беспримерный поступок. Сейчас вы пройдёте к медпункту, вас осмотрят, и тогда покушаете и отдыхать. Командуйте, лейтенант.

— Добровольцы! Напра-а-аВО! Шагом марш к медпункту. Остальные — поступаете пока в распоряжение майора Захарова. Сдать оружие в оружейку и после этого тоже в медпункт.

Илья вместе со Сколковым одним из первых прошёл медосмотр. Сюда же в медпункт доставили и комплекты запасной формы для юнармейцев. Они сразу переодевались в чистое обмундирование. После осмотра он решил подождать с приёмом пищи — есть совершенно не хотелось, и Илья направился проведать отца. Олег Петрович уже знал, что кто-то из юнармейцев поседел, не выдержав напряжения боя, но то, что это будет его сын генерал-майор не ожидал. Абсолютно седая, как лунь, голова сына показалась в проёме двери, чёткий вопрос «Разрешите, товарищ генерал-майор?» и вот он входит внутрь палаты. Олег Петрович не смог сдержать слёз. Силился — да, но когда твой шестнадцатилетний сын входит в палату совершенно седым…