Заметив, что обе девушки бегут к ним с явно недобрыми намерениями, Илья взял обеими руками за оба конца лопатку и поднял её над собой.

— Оля! Лена! Всё! Мы победили, бой кончился.

— Н-на! — с диким ором Оля ударила его лопатой сверху, но в последний момент он выставил блок из своей лопатки и ту чуть не перерубило пополам.

— Дура! Замри! Или я тебя сам перетяну лопатой! Поняла?!

— Илья? — девушка наконец возвратилась в реальность, роняя лопатку. — А что, «шоколадки» кончились?

— Кончились, Яшина. Вы с Голиковой по второму кругу начали их месить, — усмехнулся Олег.

— Лена! Это Илья с Олегом, а не «шоколадки»! Прекрати! Что ты делаешь?! — завизжала девушка, видя, что подруга кинулась на Сколкова.

Тот поднырнул под рукой Голиковой и уже сзади провёл захват, прижав руки девушки к туловищу.

— Успокойся! А то поцелую! — пригрозил он, зная, что девушка к нему не равнодушна.

— Ты чё? Люди вокруг! Подожди… так уже всё?

Последняя лопатка упала на землю…

— О чём тебе уже двадцать раз сказали. Выдыхай, «бобёр»! — Олег наконец отпустил Голикову, и та села на землю.

— О, господи! На кого я похожа! — Голикова осматривала свою форму и ахала. — Как мне теперь в анклав возвращаться?

— Мы не лучше — усмехнулся Илья. — Как и остальные.

— Илюх! Тут рядом есть небольшой пруд. Айда ополоснёмся?

— Вода же уже холодная? — удивилась Оля.

— Да мне пофиг! Хоть в себя приду до конца, а то колотит всего не по-детски…

— Собираем остальных и идём вместе, — кивнул ему Ермолаев.

Видя остановившуюся и белее-менее адекватную четверку юнармейцев-добровольцев, Захаровы и Мухин направились к ним.

— Ну, молодёжь, как самочувствие? — хмуро поинтересовался капитан.