Всё стало ясно, когда я перевёл взгляд на дом.

Трёхэтажный коттедж явно был рассчитан на сдачу нескольким семьям. Когда-то. Теперь здесь жили всего два туриста, причём круглогодично. Проектировалось всё с размахом. Остеклённая терраса на втором этаже, большой навес у крыльца, многогранная крыша с мансардными окнами. А ещё обнаружились гаражные ворота, что сняло вопрос о Лешем, который внезапно полюбил трекинг.

Волков посигналил.

Дверь коттеджа отворилась, и в освещённом изнутри проёме возникла женская фигурка.

Кара.

Сейчас было три часа дня, но из-за пурги окрестности озера были погружены в мрачную серость. В панорамных окнах второго этажа тоже горел свет.

— Иди, — сказал Волков. — Я здесь подожду.

Честно говоря, я думал, что Кара замаскируется получше. С момента нашей последней встречи наёмница не изменилась от слова «совсем». Никаких пластических операций, маг-препаратов, биовмешательств. Девка совсем разума лишилась. Всё та же грива чёрных волос, чарующие зелёные глаза, аппетитные формы. Бежевый спортивный костюм. И деревянная лопаточка в руках.

Госпожа де Винье что-то жарила.

По дому распространялся умопомрачительный мясной аромат.

— Рада тебя видеть, малыш, — улыбнулась Кара. — Проходи.

— Кто там припёрся? — слышится с кухни недовольный бас Лешего.

— Старый друг, — ответил я.

— А, Витёк. Разувайся там, мы прибрались утром.

Кара виновато улыбнулась.

Дескать, извиняй, ворчун в своём стиле.

Я размотал шарф, снял пальто и шапку, разулся. Кара торжественно вручила мне тапочки, хотя пол в доме был тёплым, деревянным. Из небольшого холла мы переместились в гостиную, раздвижные окна которой граничили с террасой.

— Вы тут... укоренились, — хмыкнул я.

— А что делать. Летом классно. Купаемся в озере, гоняем на гидроциклах. В горы, опять же. А сейчас... — девушка махнула рукой. — Тоска смертная.

— Вас же тут не было летом, — хмыкнул я.