И поэтому, Дэнни Олдман очень хотел удовлетворить требование капитана этого лайнера. Ведь если они этого не сделают, то история об этом может дойти и до самого Леонида Терехова, он был известен, как человек, который обладал широкими связями во флоте и не отличался излишней терпимостью.

-Пожалуй вы правы, командер,- наконец произнёс Левенворт и Дэнни позволил себе внутренне вздохнуть с облегчением,- в такой ситуации, нам возможно и правда стоит предоставить им эскорт.

Рихард действительно услышал разумное зерно в словах своего старшего помощника. Вот только в отличии от него, его мысли пошли по совсем другому пути. В конце концов ни одному офицеру не помешает, если его заметит такая важная шишка как Леонид Терехов.

-Они сообщили исходный вектор своего следующего прыжка?

-Да сэр. Они направляются на Траствейн.

-Хм… кто к ним сейчас ближе всех?

Старпом сверился с тактической картой системы, прежде чем ответить.

-«Грифон» Рэя Гаррисона, сэр.

Левенворт некоторое время молчал, в уме прикидывая примерный вектор прохода лайнера через систему. Любой мало образованный или же просто не сведущий в астронавигации человек, мог бы задать резонный вопрос. Почему лайнеру просто не прыгнуть на Траствейн, со своей текущей позиции?

Проблема гиперпространственных путешествий заключалась в том, что это по своей сути были перемещения по прямой. Комбинация из мотиватора и гиперпространственного генератора, позволяла сжимать реальное пространство вокруг корабля. По сути, корабль окружает себя пузырём «реального» пространства, который защищает его от «деформирующего искажения», которое возникает во время прыжка. Таким образом, космический корабль может проходить огромное расстояние с теми же энергозатратами, как если бы он двигался в реальном пространстве. То есть его фактическая скорость вырастает в геометрической прогрессии в зависимости от степени «сжатия» пространства вокруг него.

Это позволяло кораблям перемещайся с огромной скоростью и не тратить десятки лет на перелёты между звёзд. Но, у подобного способа перемещения были и свои ограничения. Первое заключалось в том, что корабль двигался по линейной прямой, не способный корректировать направление своего движения. Это означало, что траектория прыжка должна была быть рассчитана с огромной точностью, чтобы просто не перелететь мимо цели полёта. Точнее, это было не совсем верно. При большом желании, судно могло изменить курс своего полёта в гиперпростраснстве, но с учётом эффекта «деформации пространства» любое, даже самое малейшее отклонение от траектории полёта, неминуемо сбило бы корабль с уже проложенного курса. А это приводит ко второй опасности прыжков. Так называемым «внешним» препятствиям или же гравитационным барьерам, которые могли встретиться на пути перемещающегося в гиперпространстве корабля.