– Так бы и сказала, что хочешь на мне…
Договорить он не успел. Рэйна хотела отвесить ему пощечину, но он перехватил ее руку и притянул девушку к себе, разворачивая спиной. Застегивая молнию на платье, Саргон прошептал ей на ухо:
– Если что – только попроси. Я готов сменить нашу деятельность на более увлекательную.
Затем обернулась и, закатив глаза, отпихнула его. Внезапно раздался громогласный топот копыт, и вскоре, подняв клубы пыли, перед ними предстал громадный конь во всей своей красе. Его глаза горели алым пламенем, а из ноздрей вырывалась тьма. Конь был гораздо выше и больше обычной лошади. Рэйна безошибочно определила,
– Я на этом не поеду.
Кошмар вполне дружелюбно переступал с копыта на копыто.
– Поедешь. Как миленькая поедешь, – сказал Саргон, подхватывая ее на руки. – И в седле будешь сидеть по-женски.
– По-женски я буду сидеть только на твоем трупе, – злобно фыркнула девушка, когда мужчина усадил ее на коня и следом забрался сам.
Если бы не рука Саргона, плотно прижавшая Рэйну к его телу, она бы точно не удержалась и шлепнулась с коня. Кошмар рванул вперед, а Рэйна судорожно вцепилась в луку седла. Пробежав еще немного, конь взмыл вверх, унося их в небеса. Рэйна в этот момент прокляла все – начиная с платья и заканчивая Саргоном. Вот же угораздило ее так вляпаться!
Когда Кошмар наконец выровнял крен, она смогла выдохнуть. Ее пальцы продолжали цепляться за все, что угодно: за седло, камзол Саргона, его руку. Девушка делала все, чтобы не упасть. Но вскоре ее первый шок прошел и к ней вернулся извечный спутник – сарказм.