Светлый фон

– Ты клянешься смириться со своей смертью, если нарушишь договор, Тираэль Бернетт?

Ты клянешься смириться со своей смертью, если нарушишь договор, Тираэль Бернетт?

– Да.

Да.

У меня не было выбора. И я не хотел другого выбора. С тех пор как я впервые встретил Хелену в Тихом Ручье, я жаждал мести. Я не должен был позволять своим эмоциям играть со мной. Месть была единственной вещью, которая удовлетворила бы меня. Единственное, что могло бы исправить то, что со мной сделали. Чувства предназначены для слабых. Потворствовать им – это для неудачников. Я закрыл глаза. Сделал глубокий вдох. Снова открыл их. А потом…

– Договорились.

Эмилль ахнул. Я проигнорировал его.

Мои глаза сфокусировались на Ваале.

– Ты получишь ее.

– Ти. – Угрожающий тон Эмилля проник мне под кожу. – Ты сошел с ума?

Преисполненный решимости, я сжал челюсти. Я лишь взглянул на Ваала, на ужасном лице которого снова появилась безумная ухмылка.

– Возьми ее, – сказал я. Шли секунды, но казалось, что время остановилось. В моих ушах раздавался высокий звук. Горло горело.

Хелена повернула голову, словно в замедленной съемке. Слезы текли по ее измазанному сажей лицу.

– Ти, – выдохнула она слабым, дрожащим голосом. – Я доверяла тебе.

Это была пытка. Мучительная боль, разбивающая наши сердца. Но это когда-нибудь должно было пройти. Чувства мимолетны. С другой стороны, мое прошлое будет мучить меня вечно. Хелена была катализатором тьмы во мне, и она должна была искупить это. Ваал наклонился вперед. Он прошептал:

– Докажи это.

Прошло еще одно мгновение тишины. Затем я поднял руку. Схватил запястье Хелены. Поднял ее на ноги. Она взвыла. Моя хватка была крепкой, и я…

Я толкнул ее к нему. Хель пошатнулась. Она споткнулась о собственные ноги и упала на колени. Ошеломленный Эмилль уставился на меня. Каждая прошедшая секунда разрывала мне душу. Движения Ваала были подобны скорости света – так быстро он бросился вперед и притянул Хелену к себе. Тело слепой девочки безвольно опустилось на землю. Я был с ней почти так же быстр.

Хелена захныкала, когда дыхание Ваала коснулось ее щеки. Своим шершавым языком он лизнул ее кожу. Меня тошнило. Сердце обливалось кровью. Чернильно-черной кровью в чернильно-черной тьме. Но я не двигался с места. Я не сказал ни слова. Это было то, чего я хотел.

– Разве у тебя нет чего-нибудь, в чем ты хотел бы признаться, прежде чем я заберу ее, Бернетт? – Я проигнорировал его. Ваал рассмеялся. – Нет? О боги. Как я ненавижу лжецов. И вы, ничтожные подонки, считаете себя благословением этой планеты. – Он наклонил голову, чтобы получить возможность взглянуть на профиль Хелены. Она дрожала. Пальцы Ваала впились в ее бок. – Открой глаза, принцесса. Я хочу увидеть, как угаснет в тебе счастье, когда я расскажу тебе правду о твоем прекрасном принце. – Хель всхлипнула, потом открыла глаза. Они вонзились прямо в меня. Я умер. В тот момент я умирал тысячу раз. – Он кажется тебе знакомым, не так ли? – Ваал облизал свои острые зубы гнилым языком. – А ты знала, что Тираэль – это только первое имя? Нет? Какой сюрприз. Его второе имя, дорогая Хелена, звучит иначе.