- Катюша? – позвал Пётр Иванович. – Ты нас узнаешь?

Катя не отвечала, присела и посмотрела на свою руку, больше похожую на лапу монстра. С некоторым усилием ей удалось принять человеческий облик. Она повернулась к Дахоту и, несмотря на его слабый протест, схватила его за одежду и подтянула к себе.

- Вредная злобная колючка! – сказала ему прямо в лицо и ласково провела по волосам. – Такой взрослый и такой вредный.

Дахот бутылку выронил.

- Девка наша, видать, совсем спятила, – прокомментировал ситуацию Денисыч. – Ну, что, Мак, откатывай… от такой лесной королевы толку мало.

- Не торопись, – закурил Мак.

Дахот освободился из рук Кати и шатко направился к выходу.

- Дахот!

- Мне надо время…

Катя грустно проводила его взглядом до выхода. Не сдержалась. Надо было промолчать. Эфо тоже не выдержал и покинул комнату так стремительно, словно за ним адовы псы гнались.

Биомаг захохотал так, словно смотрел самую смешную в его жизни комедию.

- Кто-нибудь что-нибудь понял? – осмотрел всех Денисыч. – Какого черта происходит? Я с вашими всеми откатами уже запутался к такой-то бабушке! Катюша, сколько можно мужиков-то клеить, остановись ты уже на одном! А то в нашем мире всех помойных котов собрала и здесь занимаешься тем же…

- Дахот – мой сын, – остановила дядин словесный понос Катя.

- Вот это поворот… то-то мне его рожа всегда казалась знакомой…

- Ну, что хороним одну безмозглую идиотку? – задорно спросил Мак. – Осталось Эфо прибить.

- Меня сейчас тебя хочется похоронить, – недобро сказала Катя.

- Это хорошо, такой настрой мне очень нравится.

***

Мак закурил, пока она пребывала в трансе.

- Не понимаю, – озвучила Катя, едва очнулась после противоречивых видений. – Я думала, ко мне вернулись все воспоминания. Если только… - она сжала кулак, – это невозможно… ты пришел из отката, который еще не произошёл.