- Тридцать душ! – наконец воскликнул Екимир и вытер с дряблой щеки слёзы. – Тридцать! И среди них… совсем юнцы… дети!

- Либо мы, либо они, – с едва заметным русским акцентом отозвался Пётр Иванович, прихлебывая сбитня.

- Как ты можешь быть настолько равнодушным?!

Пётр Иванович тяжко вздохнул. Напившись сбитня Екимир, словно забывал о том, что говорили они на эту тему не впервые. С грустью вспоминался предшественник Екимира – его дед Дамир – хороший был мужик, толковый и умный. Говорил он мало, проблемы решал быстро и не ныл подобно внуку. И к огорчению Петра Ивановича Дамир слишком рано помер.

- Чего я должен жалеть мерзавцев?! – снова заговорил колдун, заметив, что Екимир ждал от него ответа. – Не я к ним в дом ворвался, а они пришли на мою землю! Мне неважна судьба какого-то отребья! Они получили по заслугам!

- Как я матерям в глаза буду смотреть, когда приду за их детьми?! – отчаянно произнёс селянин.

- Как всегда смотрел, так и сейчас посмотришь, да и кто будет жалеть дурных, да больных? – буркнул Пётр Иванович, считавший, что кровавый обмен шёл жителям на пользу. Не надо было содержать неприспособленных к жизни нахлебников.

Староста приуныл и повесил голову.

- Я устал от смерти… надо разорвать договор…

- Молчи, старый дурень! – стукнул по столу колдун, едва не опрокинув кружку со сбитнем. – Нас всех не поубивали только благодаря договору! Нас охраняют, а наши поля дают урожай даже в лютый мороз, пока мы платим! Думаешь, лесные хранители по доброте душевной нам помогают? Как только мы разорвём договор, весь урожай погибнет! И что ты скажешь односельчанам, когда им нечем будет кормить семью?! А если снова нападут, кто нам поможет?! Кто защитит?!

- Нам могут помочь из города…

- Ты что, дурная твоя башка, мелешь?! Люди из города пальцем не пошевелят ради нас! Они сами мечтают всех нас сгноить!

- Я не могу-у-у так! – залился пьяными слезами староста. – Не могу-у-у детей на убой отдавать! Что ж ты мне душу-у-у рвёшь, нелюдь?!

- Ах ж ты, старый трусливый пень! Тьфу!

Колдун оставил Екимира добивать сбитень, а сам отправился на разведку. На пороге колдуна ждали пятеро светловолосых крепких мужчин – помощники старосты. Без лишних слов они последовали за Петром Ивановичем на место событий, отдав ему один из горящих факелов.

Колдун прикрыл лицо краем воротника и поднял повыше факел, чтобы рассмотреть поляну и то, что осталось от разбойников. Казалось, что людей пропустили через огромную мясорубку. Нескольких помощников вытошнило от жуткого зрелища и удушливого запаха крови. Будь Пётр Иванович моложе лет на сорок, то его бы постигла та же участь, что и односельчан, но он равнодушно осматривал побоище.