Матео бурчит что-то вроде: «Я в порядке».

– Я жива, – отвечаю я, нащупывая ремень безопасности. Вполне возможно, что он спас мне жизнь во время аварии, но если я вскоре не избавлюсь от него, он исправит свою ошибку и задушит меня.

Передо мной появляется лицо Кево. Его губа кровоточит, а на лбу уже образовался внушительный синяк, но в остальном он выглядит нормально. Когда он понимает, что я собираюсь сделать, то мягко отводит мои руки в сторону и расстегивает ремень. Прежде чем я успеваю упасть, Кево хватает меня за плечи и ловит. Он удерживает меня в вертикальном положении, пока я не опускаюсь на корточки. Матео тем временем тоже освободился. Он поворачивается к нависающей над нами двери и пытается открыть ее, но безуспешно.

– Раму перекосило, – рычит он и несколько раз с силой бьет по двери.

– Через окно, – говорю я, указывая на разбитое ветровое стекло.

Кево кивает, наклоняется и начинает пинать сапогом торчащие из рамы осколки, чтобы мы не порезались, когда будем вылезать.

– Что, черт возьми, это было? – спрашиваю я, с трудом поворачиваясь и пытаясь разглядеть что-нибудь через заднее стекло. Но сейчас уже почти совсем стемнело, и машина лежит на боку, так что я могу различить только камни тротуара, на который мы приземлились.

– Понятия не имею, – выдыхает Матео и несколько раз кашляет. С раной на лбу и в разорванной куртке он выглядит по-настоящему плохо. Нам просто необходим Анатолий и его целительные силы.

– Готово! – восклицает Кево и начинает вылезать через разбитое лобовое стекло.

Я натягиваю капюшон на голову и рукава на руки, прежде чем последовать за ним. Что не так уж просто. Последняя работающая фара в результате аварии испустила дух, и сейчас вокруг нас почти кромешная тьма. Осторожно ощупываю усыпанный осколками пол, стараясь сделаться как можно меньше. И все же примерно на полпути я чувствую колющую боль в ладони, а сразу после этого – в бедре. Я пережила прыжок с высоты, взрыв проклятого дома и несколько прямых попаданий – теперь, если я порежусь о чертово разбитое лобовое стекло и умру, я, честно говоря, буду в восторге.

Когда я наконец вылезаю на улицу, то хватаюсь за протянутую Кево руку и позволяю ему поднять меня. Осторожно стряхиваю осколки со своих брюк и вытягиваю еще несколько со своей куртки, затем поспешно оцениваю свое состояние. Живот побаливает, ребра тоже. В ушах звенит, а в голове такое ощущение, будто на ней растет сразу несколько шишек. Но я в порядке. Я относительно уверена, что у меня ничего не сломано и все части тела на месте. В конце концов, это уже неплохо.