Мысль, очевидно, была здравая, вот только парень не мог пока придумать, как он может подготовиться к встрече с родиной Тианы. Ведь пытался на всякий случай хоть истребителем каким-нибудь обзавестись, а теперь они опять тем же составом и с теми же средствами, что были при встрече. Обидно!

— Сейчас-то мы как улетать собираемся? — спросил Лежнев. — Начнём разгоняться — засекут, если я правильно понимаю принцип.

— Пока не будем разгоняться, — объяснила Тиана. — Из зоны действия датчиков придётся выходить очень медленно, как ты говоришь, на цыпочках. Дня за два, думаю, удалимся на достаточное расстояние, чтобы можно было ускориться без опасений. Прыжки Кусто рассчитал так, чтобы мы выходили как можно дальше от звездных систем.

«Да уж, — подумал Герман. — Это будет долгая дорога».

Они разошлись по каютам, чтобы подготовиться к отправлению. Хотя какая подготовка? Просто настроиться. Герман решил наготовить побольше еды про запас — на случай, если начнутся какие-нибудь непредвиденные неприятности. А то вечно, как начинается какая-нибудь заварушка, они либо голодают, либо давятся осточертевшим салатиком.

— Герман, ты ведь не веришь, что нас с Тианой киннары отпустят? — спросил тихоход, как только парень остался один.

— Сомневаюсь, дружище. Сдается мне, ничего хорошего нас на вашей родине не ждёт. Всех троих.

— Ты знаешь, мне тоже так кажется, — встревоженно сказал тихоход. — Мы с Тианой нарушили столько правил, что никакие оправдания не помогут. Мы нарушили их все, Герман. Вообще все. Такого случая в истории киннаров ещё не случалось!

— А как вообще происходит, я не знаю, суд, или что там у вас над тем, кто что-то нарушил? — поинтересовался парень.

— Никак. Персону, которая что-то нарушила, просят оставаться в своей жилой ячейке, а потом вызывают и сообщают решение.

— То есть ни адвокатов, ни рассмотрения дела?

— Адвокатов нет. Зачем они нужны? Я так и не понял функции этих должностей в вашем обществе. У вас же есть правила, какие наказания положены за то или иное нарушение закона? Если человек нарушил то или иное правило, и есть доказательства — то зачем что-то обсуждать?

Лежнев только вздохнул. Процедуру суда он пытался объяснить приятелю не раз, но так и не преуспел, поэтому сейчас даже пытаться не стал.

— Герман, я думаю, что нам, после того, как мы вернемся к киннарам, придется сбежать.

— Ты тоже, да? — спросил парень.

— Да. Я считаю, мы должны сказать Тиане, и постараться подготовиться. Чтобы была возможность улететь, если что. Я не хочу, чтобы вам с Тианой стёрли память. Не хочу, чтобы меня утилизировали.