— Помнишь, ты хотел прокатиться? — грустным голосом спросил он.

— Помню.

— Я готов подарить тебе эту каменную глыбу, если хочешь.

— Спасибо, Тагон, но я не думаю, что она пригодится мне. — Ковары заметили, что их сородич не проявляет ко мне никаких почестей, и начали понемногу подниматься.

— Это верно, но я не могу оставить тебя без награды за то, что ты сделал.

— Я уже получил свою награду, — со вздохом ответил я. — Она так тяжела, что едва ли смогу унести. — Тагон внимательно посмотрел мне в глаза, затем положил руку мне на плечо и тихо ответил:

— Это — не награда… — он еще немного так постоял, похлопал меня по плечу и левитировал к остальным коварам. — Теперь ты наш хозяин, Илан! Говори, и мы будем повиноваться твоему слову! — прокричал он и упал на колени. Остальные ковары, кто уже успел подняться, последовали его примеру. Но я не ответил ему. Несмотря на всю свою новообретенную силу, я не мог быстро решить, что мне делать дальше. Я перенесся на самую высокую вершину Тертуса — Болак-руш, чтобы немного поразмыслить.

Ледяной ветер и разряженный воздух больше не беспокоят меня. Здесь я могу в полной мере ощутить то одиночество, которое необходимо для взвешенного решения. Уход Создателя сделал всех людей Тертуса сиротами. Они, конечно, пока еще не знают об этом, но это действительно так. Я должен нести весть о нем, он не должен быть забыт. Теперь у него есть настоящее имя, которое он принял. Люди смогут взывать к нему в молитвах, смогут узнать правду, ведь я — живое доказательство его существования. Но чтобы нести эту правду всем, я должен стать главным, взять на себя ответственность за все и всех. Это значит, что мне придется решать за других, определять судьбы, поощрять отличившихся и карать виновных. Все будут требовать моего внимания и моего суда. Больше не станет беспечной жизни Джоджо или полной страданий жизни магистра. Наконец-то у меня появилось время по-настоящему осознать свой удел. Всеотец говорил, что мои горести закончатся, но он не совсем прав. Бремя, которое он мне передал, легким не назовешь. Не быть мне больше беспечным мальчишкой.

Я провел на Болак-руш несколько часов. Здесь, на вершине мира мне было очень спокойно. Я ощущаю полную гармонию с миром и чувствую его, как себя самого. Мне нравится любое проявление бытия, которое можно ощутить здесь: жесткий холодный ветер, снег, ледники, зеленые необъятные просторы далеко внизу. Даже океан виден далеко на юге с этой тринадцатикилометровой высоты и горная цепь Змеиная на севере. Вижу медленные и величественные круговороты энергий под землей и в океанах, в атмосфере. Чувствую связь Тертуса с другими планетами системы и Солнцем. Все работает так, как должно. Звери и растения следуют своему порядку и не отступают от него. Каждый выполняет свою мировую функцию, и это хорошо, так должно быть. Но один вид живых существ не делает этого. Он просто не может, потому что получил невыполнимую задачу — самому определить себя и сделать это правильно. Существо, по сути богоподобное, но при этом смертное, подверженное борьбе за выживание, постоянно находится на распутье. Оно может стать частью этой гармонии либо пытаться бороться с ней, истязать себя в попытках навязать миру свой порядок. В этом нет злого умысла, ведь это естественно. Разумное существо не должно быть ограничено хрупким телом и реализовывать свою бесконечность лишь посредством фантазии и искусства. Но так есть, и так будет, пока мы сами не найдем правильный путь, который приведет нас туда, где люди не будут страдать, где они будут свободны и легки, где не будет борьбы, потому что в ней не будет смысла.