Теперь башня вибрировала куда ощутимее. Сирокко и ее спутник явно спешили. Трини открыла им дверь. Фея сразу же направилась к Робин, которая спала под целой грудой одеял. Опустившись рядом с ней на колени, Фея тронула лоб девушки и встревоженно обернулась.

— Она вся горит.

— Она выпила немного бульона, — сказала Трини, отчаянно желая хоть что-то добавить. Но добавить было нечего.

Пассажир Сирокко был знаком Трини — как и любому, что когда-либо проводил время в Титанополе. Ларри О'Хара был единственным врачом в Гее. Среди людей, разумеется. Он оказался там потому, что на Земле ему запретили практиковать. Но это никого не волновало, никто ни о чем не спрашивал. Возможно, в операциях на открытом сердце он звезд с неба не хватал, но вполне квалифицированно мог вправить кость или залечить ожог, а кроме того — ничего за это не просил. С собой Ларри неизменно носил черный чемоданчик без единого грамма электроники внутри. Теперь, снимая шубу, доктор поставил чемоданчик на пол. Со своей черной бородой и здоровым румянцем Ларри скорее напоминал лесоруба, чем врача. Пока он проводил осмотр, Сирокко отошла в сторону. Времени доктор не пожалел.

— Она может потерять несколько пальцев на ногах, — заметил он в процессе осмотра.

— Ерунда, — отозвалась Сирокко, чем весьма удивила Трини.

Впервые толком рассмотрев Фею, женщина с еще большим удивлением поняла, что на ней, как и всегда, выцветшее кирпично-красное одеяло с дыркой посередине. Одеяло свободно драпировало ее тело, доходя до колен, и выглядело вполне пристойно, когда Фея стояла на месте, Когда же она двигалась, пристойного было мало. Ноги Сирокко было босы. Налипший на них снег быстро таял.

«Что же она за существо?» — подумала Трини. Для нее давно не было секретом, что Сирокко не как все, но она все же думала, что Фея, по крайней мере, по-прежнему человек. Теперь же она засомневалась. Да, не как все — но на вид различия были незначительны. Самым заметным представлялось то, которым щеголяла и Габи Мерсье. В Гее такими рождались все темнокожие. Но Габи и Сирокко всегда выглядели так, будто только что загорели.

Наконец Ларри отвернулся от Робин и взял кружку кофе, предложенную Трини. Улыбнувшись ей в знак благодарности, он сел и принялся согревать руки белой кружкой.

— Ну что? — спросила Сирокко.

— Хотелось бы ее отсюда забрать, — сказал доктор. — Но пока что лучше ее не тревожить. Да и в Титанополе я, наверное, немногим больше смог бы для нее сделать. Несколько обморожений и воспаление легких, но девушка она молодая и сильная. Кроме того, титанидское снадобье, которое я ей ввел, воспаление легких лечит как зверь. При должном уходе она прекрасно выправится.