— Так что вы сказали?

— Мм... проходите, сэр!

— А как насчет охраны? Как насчет той записи, которую вам повелевается хранить? А? Записи о том, кто входит и выходит через эти ворота? Все псы ада могут с лаем здесь проскочить, а вы будете угощать их собачьими бисквитами! Намерены ли вы поинтересоваться моей фамилией?

— Мм... п-простите, к-как в-ваша ф-фамилия... сэр?

— Гиннесс. — Сирокко внимательно смотрела мужчине через плечо, пока тот царапал в блокноте. — И потрудитесь записать правильно. Г-И-Н-Н-Е-С-С. Алек Гиннесс. Гея непременно пожелает узнать.

Развернувшись на пятках, Сирокко прошествовала за ворота и через подъемный мост, не глядя ни вправо, ни влево.

Только через пятнадцать минут мужчина полностью пришел в себя. К тому времени Сирокко была уже в сотне миль оттуда.

Гея все поняла уже по первым СД. Она стояла у ворот «Юниверсал», ее могучие ноги попирали золото, которого там было намного больше, чем во всем Форт-Ноксе. Руки богиня держала на бедрах. И улыбалась.

СДАВ.

СДАВАЙ.

Гея заржала. К тому времени многие, также повидавшие немало фильмов, — которые они, по правде сказать, редко трудились запомнить, — тоже все поняли. Для большинства эта пара минут оказалась крайне тревожной. Взгляды то и дело переходили с лица Геи на небесную надпись и обратно. Когда же Гея заржала, это послужило сигналом для взрыва гомерического хохота. Человеческое население заходилось ревом при появлении каждой новой буквы, и каждая новая буква удваивала мощь дикого ржания Геи.

К тому времени, как послание было закончено, первая С уже почти стерлась. Но потеха от этого не уменьшилась.

СДАВАЙСЯ ГЕЯ.

— Мы непременно должны повидать Фею! — взвыла Гея. — Она-то должна знать, что делать!

Хохот стал еще оглушительней.

Пора устраивать фестиваль, подумала Гея. Джонс наверняка в отчаянии, раз выкидывает такие безумные номера. Знает ли она, что именно Нечестивая Западная Ведьма занималась небесной писаниной? Интересно, говорит ли ей что-нибудь слово «нечестивая»? Этот поединок ведется по правилам, и символы крайне важны.

Чудовищное ржание Геи уже уменьшилось до случайных смешков. А буквы расплывались, опускаясь к земле тонким туманом. К двум самолетам присоединился третий, про который Гея знала с самого начала. Сирокко скорее всего сидела именно в нем — держалась в сторонке, наблюдая, как ее приспешники делают всю грязную и опасную работу. Пожалуй, это состязание себя не оправдывает, подумала Гея.

Странно, но эта мысль подействовала на нее угнетающе.

Тогда она ее отбросила. Три самолета, выстроившись эшелоном, теперь летали низко, окольцовывая громадный круг Новой Преисподней. И по-прежнему выпускали дым.