Лишь мгновение поколебавшись, люфтмордер приказал еще одному бомбадулю притормозить вражеский самолет. Иллюзий, что аэроморф сумеет сбить врага, он не имел.

Бомбадуль предпринял лобовую атаку... и промазал. Потом сразу стал разворачиваться, но его уже нагоняли три других самолета. А тот, первый, так и висел на хвосте.

Щелк. Ага, значит так. Он уже почти в Кроне. Этот самолет позади возьмет одного, быть может двух, из трех оставшихся пилотов его эскадрильи. Всех трех ему не взять. Даже если он собьет самого люфтмордера, бомбадули уже получили приказы. Они будут атаковать, пока не кончится горючее, а затем протаранят самую крупную возможную мишень.

«Прямо как на аэрошоу», — сказал себе Конел, пока бомбадуль все рос в ветровом стекле, налетая на него в лоб. Самолеты летят друг на друга, и уже кажется, что столкновения не избежать, но в самый последний миг один уходит в одну сторону, другой в другую — и они расходятся в считанных сантиметрах.

Только на аэрошоу самолеты друг в друга не стреляют. А тут приближающиеся бомбадули испускали световые черточки, которые расходились по всем сторонам. Конел почувствовал, как две пули прошили его крылья, но даже не повернул головы.

При тех скоростях, на которых они летели, между тем мигом, когда он это заметил, и тем, когда он сделал свой ход, больше двух секунд пройти не могло. Но показалось — прошел целый час. Бомбадуль все рос и рос, а Конел все ждал и ждал — а потом отвернул так резко, что потерял сознание.

Но лишь на миг. Когда Конел поднял голову, то понял, что летит дальше, и почти следом за тремя оставшимися, хотя они все еще были далековато. Также далеко, но позади тот бомбадуль, что пытался его протаранить, с визгом вписывался в разворот, но про него можно было забыть. Он уже не догонит.

Конел лихорадочно проверил управление. Самолет особенно не пострадал, только орудие на правом крыле вышло из строя. Конел продолжил погоню за тремя аэроморфами.

Вдруг положение дел изменилось, все даже стало казаться слишком легким. Конел отцепил одного бомбадуля, который даже не попытался увильнуть. Затем взял на мушку люфтмордера, но тот ушел вверх и в сторону. Таким образом перед ним остался один бомбадуль, который также никаких уклонений не предпринимал. Едва не озверев от траты времени, Конел все-таки передал наводку компьютеру, и тот порекомендовал пустить ракету, которая с воем отправилась прямо в выхлопную трубу бомбадуля.

Конел поднял глаза и заметил люфтмордера. Повернул, пустил еще ракету — и повернул еще круче, заметив летящую в него боковуху. Он по-прежнему поворачивал, когда боковуха наконец не прошла мимо — прихватив, однако, метр его левого крыла.