Я вновь переживал в памяти события сегодняшнего дня, ища в них ошибку. Где мы поступили неправильно? Почему мы не смогли ни в чем убедить инспекторов? И что будет теперь? Ведь спонсоры отомстят нам и другим людям.

Ползун двигался с той же скоростью, что и я, подтягивая хвост и высоко горбя спину. Он заговорил, и я вздрогнул, потому что голос донесся снизу, от самой земли.

‒ Тебе кажется, мой друг, ‒ говорил он, ‒ что все плохо. Что мы зря лезли на эту башню и зря погиб Густав.

‒ Ты подслушал мои мысли.

‒ Это нетрудно было сделать, от тебя на сто метров печаль распространяется, ‒ сказала Ирка, которая без устали шла впереди.

‒ Ничего страшного, ‒ продолжал ползун. ‒ Инспектора все выслушали и сделали свои выводы.

‒ Выводы ‒ улететь к себе и оставить нас на произвол судьбы!

‒ А что они могли еще сделать? ‒ спросила, не оборачиваясь, Ирка.

‒ Они… они должны были остаться и вместе с нами искать любимцев в питомнике, ‒ настаивал Сенечка.

‒ Пока они бы их искали, всех любимцев удушили бы газом, ‒ сказал ползун. ‒ Я попросил инспекторов не принимать мер.

‒ Ты?

‒ И я попросил их улететь, не сделав никаких выводов и оставив спонсоров в растерянности. Освобождение Земли ‒ дело многих лет. Делать это должны сами люди. Кому нужны послушные рабы спонсоров?

‒ Мы ‒ рабы?

‒ Да, ‒ сказал ползун. ‒ Люди ‒ рабы и в большинстве случаев ‒ добровольные рабы.

Я хотел огрызнуться, выругаться, но раньше заговорила Ирка:

‒ Я довольна тем, как все произошло. Я боялась, что инспектора слишком близко к сердцу примут обман.

‒ И тогда что? ‒ спросил я.

‒ Тогда? Сначала бы произошла катастрофа с кораблем инспекторов. И они бы не вернулись.

‒ Кто посмеет?

‒ Очень высока ставка… Теперь же Федерация предупреждена. Спонсоры потеряли доверие. Они сейчас будут куда осторожнее.