Некоторое время Кайрос пристально смотрел на меня. Очень пристально и серьёзно. А потом его широкая ладонь ловко скользнула под одеяло, откуда появилась уже с моей ладонью.

— Не могу, Элли, — пожал плечами Кайрос, целуя ладошку в самый центр, от чего меня пронзило молнией внутри. Я хотела выдернуть руку, но он удержал, нежно и уверенно. — На этот — не могу. Но могу сказать, когда понял, что люблю тебя, что волнуюсь за тебя.

Вгляд мужчины стал ещё более серьёзным и проникновенным, сердце уже вытворяло такие кульбиты, что спокойное и равнодушное выражение лица стало сложно выдерживать.

— Слушаю тебя очень внимательно, — усмехнулась я. В глазах напротив мелькнуло что-то, похожее на растерянность, но Кайрос быстро взял себя в руки.

— Когда я выехал из города Анр и проехал несколько миль, понял, что не могу уехать вот так, не могу так просто сдаться, хотя ты задела мою гордость, — Кайрос так посмотрел на меня, что захотелось накрыться одеялом с головой, иначе я вполне могла загореться от этого взгляда. — Но что такое гордость, когда сердце в клочья? Я пытался представить дальнейшую жизнь без тебя и не мог. Веришь?

Я отрицательно покачала головой, молча, не отводя глаз от серьёзного лица.

— Вот и я не поверил. Ехал и ждал, когда пройдёт морок, когда перестану думать о тебе, о том, что ты будешь делать дальше. И в другом городе понял, что безудержная сила тянет меня обратно, в Анр, к тебе. И больше я не могу ей сопротивляться. Я решил вернуться и будь что будет.

— Потому что ты несерьёзный, — прошептала я, пожав плечами, скрывая растерянность и смущение. — Тебе всегда смешно. Вот и досмеялся.

— До чего я досмеялся? — не понял мужчина, впиваясь в меня острым взглядом, сжимая мою ладонь.

Некоторое время я смотрела на него, придумывая ответ. Захотелось вдруг задеть его, сделать неприятно. Чтобы то волшебство, которое стало витать по комнате, рассеялось.

— До того, что влюбился в жену лучшего друга, — жёстко проговорила я, решительно вытащив ладонь из его захвата. — Очень глупо с твоей стороны.

— Глупо? — Кайрос недоверчиво уставился на меня, нахмурился, изучая мое лицо, затем медленно наклонился ближе и прошептал:

— Пытаешься быть жестокой? Выпустила иголки?

Я промолчала.

— Я вижу отношение моего друга к тебе. И к твоим детям… К вашим детям. Поэтому совесть моя чиста. А ещё я понимаю, что нужен вам. А вы очень нужны мне. Поэтому не жди, что я обижусь и свалю. Больше этот номер не пройдёт.

— Я согласна, — прошептала я.

— С чем? — не понял Кайрос.

— Ты нужен нам. Мне. Я не справляюсь сама.