Хырхыр, как и подавляющее большинство шаманов, да и магов тоже, не знал тонкостей механизма воздействия тех же ритуалов, заклинаний и всего подобного на окружающее. Как происходит, отчего, почему так, а не иначе... Не тот уровень развития в постижении мира. Он просто пользовался результатом ритуала. После такого в воде не выживает никто и ничто. Всё сколь-либо живое погибает, если не может убежать! Кто-то почти мгновенно, другие очень быстро, иные сопротивляются дольше, но так или иначе погибают все.

Если бы современные учёные взяли пробу такой воды, они бы с удивлением обнаружили в ней полное отсутствие растворённого кислорода. Тоесть - совсем! А может, что скорее всего, в мёртвой воде было что-то и ещё, что неподвластно современной науке, м? Кто знает...

Рыбы, моллюски, крабы, черви, актинии, да и все остальные, растительные и животные всегда чувствительны к соотношению кислорода в воде. Ведь он сама жизнь, по сути. Кто-то может существовать при его меньшем количестве, кто-то только при большем, хотя лучше всего при норме, конечно. Но при полном отсутствии не живёт никто.

Головастик с интересом рассматривал небывалое и удивительное зрелище! В огромном цилиндрическом столбе, охватывающем Викторию Лаки и приличное пространство вокруг неё, словно ограниченном невидимой пленкой, по всей площади вода вдруг вскипала мельчайшими пузыриками. И чем выше к поверхности, тем больше становились пузырьки. И количеством, и объёмом. Хаотично сталкиваясь, бурбулируя, соединяясь и отскакивая друга от друга, они неслись вверх и бурлили с клокотанием и шумом, на самой поверхности.

Все без исключения, кто мог хоть как-то двигаться, рванули из этой зоны! Шустрые, быстрые и сообразительные успели. Расторопные но тугодумные кому как повезло. Медленные и те, кто не мог двигаться, - увы.

Головастик потрясённо наблюдал как замирали в попытках покинуть губительную зону многие и многие. Моллюски вываливались из раскрытых створок. Бросали свои раковины в тщетной надежде ускориться раки. Ползли из последних сил звёзды и ежи морские. Донные и придонные существа, кто выкопался в стремлении убежать, кто, наоборот, закопался поглубже, надеясь пересидеть. Увядали яркие, хоть и хищные, но прекрасные актинии. Судорожно извивались трубчатые черви. Затухали сияющие мягкими неоновыми оттенками медузы. Особенно печально было видеть, как живые существа теряли направление и, находясь в нескольких метрах, а иногда и сантиметрах от спасительной границы, начинали двигаться обратно в гиблую зону. Водоросли, полипы, губки и даже сами кораллы, всё и все неизбежно погибнут в скором времени. Головастик чувствовал это! Ужасно, неправильно...