Усталость ушла, и было ли то результатом песни феникса или силой меча, расслабляться было нельзя. Я знал, что это было ложное ощущение, на которое полагаться было нельзя. Пришла моя пора действовать.

Какого-либо конкретного плана у меня не было. Даже в зачатке. Выходить на дуэль с Томом лицом к лицо было всё равно, что выйти против пистолета с голыми руками. Одно неверное движение могло стоить мне жизни. Однако, чтобы эту жизнь сохранить, мне было необходимо подобраться к духу Тёмного Лорда вплотную. Взяв меч в левую руку и покрепче сжав палочку, я выскочил из-за колонны.

Том, увидев меня, разразился градом заклятий. Порушенные битвой монстров колонны служили хорошим укрытием для того, чтобы взять секундную передышку и снова сколдовать щит. Мерцающая магическая плёнка лопалась раз за разом, не выдерживая попаданий, и пару заклинаний угодили в меня, выбивая воздух из лёгких. Но я колдовал и колдовал. Я чувствовал, как утекают мои силы и темнеет в глазах, но бежал вперёд, используя руины как прикрытие.

Щит в очередной раз лопнул и режущее заклятье рассекло ногу. Но было уже поздно и Том понимал это. Удержавшись от падения, я стиснул зубы и нанёс удар, перенеся вес на здоровую ногу. Сталь ударилась о магическую стену. Эти щитовые чары были совершенно несравнимы с известными мне, и я сомневался, что их преподавали в Хогвартсе.

Всполохи магии ослепляли, но я только и мог, что зажмуриться и приложить больше сил. Трещины с противным звуком расходились по всей поверхности щита и он лопнул со звоном битого стекла. Глаза Тома в неверии распахнулись, когда меч рассёк его призрачную грудь. Он взревел от ярости и боли и отпрыгнул в сторону. В глазах темнело и ноги подкосились, и только уперевшийся в пол меч не позволил мне упасть.

Том тяжело дышал, с неверием рассматривая собственную рану, которая не спешила затягиваться, в отличии от прошлых. Удар хвостом василиска и десятки осколков и камней, врезавшихся в него. Все эти раны исчезали в считанные секунды. Но не эта.

— Гарри! — раздался крик.

Я с облегчением и радостью смотрел на живого Рона. На нём не было ран, но было видно, что по состоянию он не ушёл от моего собственного.

— Дневник! — снова крикнул он и кинул проклятую вещь в мою сторону. — Уничтожь дневник!

Не было времени спорить. Не было времени думать.

— Не смей, проклятый мальчишка! — взвизгнул Том.

— Здесь проклят только ты, Том.

Остриё меча Гриффиндора пронзило чёрный переплёт и дневник вспыхнул таким же чёрным огнём, заставляя меня отвернуться от него. Дух Тома Реддла закричал с такой силой, будто он был банши, объятый тем же чёрным пламенем. Не смотря на боль, которую он испытывал, Том двинулся в мою сторону. Я с трудом мог двигаться и всё, на что меня хватило, так это последний раз взмахнуть мечом. Дневник, нанизанный на лезвие, соскользнул с него и рассыпался хлопьями пепла. Удар не достиг духа. Том, тяжело дыша, подошёл ко мне и занёс над моей головой сжатый кулак. Я зажмурился в ожидании удара. Но когда я открыл глаза, его уже не было.