— Так значит, я могу идти?

— Не боишься, что я тебя выдам?

— Нет, — Борак покачал головой. — Не боюсь. Да и если так, что они мне сделают? Пожалуются старшему Виру и мне назначат пару лет сидеть в какой-нибудь дыре?

— Ты же вроде недавно жаловался по пьяни, что тебе надоело сидеть в разных дырах?

Борак хмыкнул и спросил:

— Так я могу идти? Или ты поведёшь меня к учителям?

Стиид махнул рукой:

— Вали!

Борак широко улыбнулся, положил руку на плечо Стиида:

— Старший, ты слишком близко к сердцу это принимаешь. Одним сопляком больше, одним сопляком меньше. Ими тут в Академии все башни забиты, даже не заметят.

— Я сказал, вали, умник.

* * *

Я с наслаждением тёрся жёсткой свежей мочалкой, сдирая с себя пот и старую кожу, когда рядом буквально сгустился тень Молак:

— Господин.

Не то чтобы здесь, в общей мыльне меня смутила ещё одна пара глаз, но всё же тени раньше как-то обходились без того, чтобы появляться здесь или... в другом месте, давая мне хотя бы иллюзию уединённости.

Так что появление тени было необычным.

— Господин, мы всё узнали. Закий подозревает, что смерть этого парня была не случайна, что ему воткнули в сердце несколько зачарованных стрел.

Я даже позабыл натираться замерев. А ведь точно. Именно этим грозили когда-то Хасоку в Кузне Крови Слайд и Бихо. Но кому, вернее, зачем это Кровавым? Он успел с ними поссориться?

— Ариос тут же отправил подчинённых к Кровавым воинам, — Молак вдруг стал на колени. — Господин, я прошу простить меня. Как старший из теней, я настоял, что следить за учителями, дорогой, воротами и прочим, важней, чем следить за какими-то слабыми Кровавыми. Я не ожидал, что дело так повернётся.

Рядом с ним из-под пола купальни поднялся и сам Ариос. Уже стоя на коленях.