Я стиснул зубы. Борак, чтоб тебя, как ты залез сюда, что не оставил следа? Или это солдат слепой дурак?

Закий вперил в меня взгляд и ощерился:

— К алтарю, Лиал. Живо!

Я покачал головой, показывая, что думаю об этой затее и, холодея, сделал первый шаг.

— А ты что стоишь, Стиид? Захочешь, пожалуешься лично главе Виру. Но потом. Это ясно?

— Ясней некуда.

Я, обойдя лужу крови, шагнул за порог башни, лихорадочно размышляя, что делать. Бежать? Как? Рядом учителя и Кровавый, коридор буквально забит стражей, я столько их ни разу не видел в замке.

Врать? Вернее, отвечать так, чтобы мои ответы несли в себе два смысла. Но один я точно не сумею быстро и верно подобрать такие ответы, тут нужна помощь советников.

Тени словно назло медлили, Молак, который вечно трётся рядом, отстал, о чём-то спорил с Иралом. Не успел я даже собраться с мыслями, лишь дважды обернулся на Молака, пытаясь взглядом донести до него свой приказ, как камень алтаря уже холодил ладони.

Какой он тут огромный, достойный Великого дома, а этот клятый Молак теперь и вовсе замер у стены залы. Кто, спрашивается, будет мне сейчас подсказывать, как отвечать на вопросы, не соврав и не сказав правды? Их что, пугает алтарь Хранителей?

Через миг, совершенно заслонив от меня Молака, напротив меня опустился на колени Стиид, Кровавый. Молак же и не шевельнулся, чтобы сместиться в сторону.

Закий навис над нами, жёстко напомнил:

— Клянитесь Хранителями говорить только правду, отвечая на вопросы, и не говорить ничего кроме правды.

И как тут выкрутиться?

— Стиид.

Тот спокойно повторил:

— Я, Стиид, клянусь говорить только правду и ничего кроме правды.

— Отвечая на вопросы.

— Я, Стиид, клянусь говорить только правду, отвечая на вопросы, и не говорить ничего кроме правды.

Закий кивнул и повернул голову ко мне: