– Почему я должна хотеть этого? – шепотом спросила она.

– Что, если Пертеас осуществит свои планы и… начнется война? Если он действительно вторгнется сюда со своей армией эльфов теней и демонов?

Каая закрыла глаза ладонями. На нее свалилось слишком многое. Слишком много всего.

– Пусть, значит, чья-то чужая душа вселяется в ее проклятое тело.

– Мы могли бы использовать для этого душу другой эльфийки, но никто из нас не знает, как тело отреагирует на это. Все не так просто. Но мы найдем решение вместе, Каая. Мы не станем делать ничего против твоей воли. Я тебе это обещаю.

Воцарилось молчание, а затем Каая встала и помогла Ориане подняться на ноги.

– А что насчет ее… моего ребенка?

Ориана потерла руки.

– Нам кажется, он все еще в ее теле. Как только Неа очнется, она сможет направить сохраненную душу обратно в эмбрион.

– И он будет жить?

– Да, он будет жить.

– Илиас.

Закрыв за собой дверь в дом, Каая вышла в сад.

Он стоял к ней спиной, засунув руки в карманы брюк, и смотрел на небо. Когда он услышал ее голос, мышцы его спины напряглись, а затем он повернулся.

– Каая…

– Мне очень жаль, – поспешно сказала она. – Я не хотела кричать на тебя.

Он грустно улыбнулся.