Каая снова подняла на нее взгляд.

– Но… тела, в которые Пертеас вселяет чужие души, превращаются в умбр. В демонов.

– Мой отец помещает человеческие души в тела эльфов. В твоем случае все наоборот.

– Кто знает, какую еще магию использует Пертеас, – отозвалась Ориана. – Он мог манипулировать душами по своему усмотрению.

И пока остальные продолжили обсуждать эту тему, Каая заметила, как Луана изучает свиток о ритуале.

– Мы должны дождаться, когда солнце достигнет своей наивысшей точки. И тогда сможем приступить к ритуалу, – сказала она после того, как все затихли.

Каая поднялась.

– Могу ли я увидеться с ним?

– Конечно. – Ориана встала и проводила ее до амбара. Открыла ей дверь и позволила войти туда одной.

Когда Каая увидела лежавшего там Ариана, ее сердце, казалось, подскочило прямо к горлу. Она слышала, как в ушах ревет кровь. Чувствовала, как слезы подступают к глазам. Проглотив их, она медленно подошла к кушетке.

– Я снова здесь, – прошептала она.

Как она и ожидала, Ариан ей не ответил. Он лежал там точно так же, как она его оставила. Его светло-серые глаза смотрели в потолок, ничего не выражая, а лицо было таким бледным, но по-прежнему красивым. Его взгляд все еще заставлял ее сердце биться быстрее. Она стояла и смотрела на него, забыв обо всем на свете. Теперь значение имел только он. Только Ариан. Ариан и Каая. Она забыла и об Илиасе, и Неа.

Только Ариан и Каая.

В какой-то момент в дверь постучали.

– Могу ли я поговорить с тобой?

Илиас.

Она позволила ему войти.

– Это Ариан?