— Нет, пускай это будет тебе уроком, — помотал головой Фолл. — Когда общественность узнала, на него обрушилось столько ненависти, сколько вам с Ирис и не снилось. Разумеется, тюрьма, разумеется, максимальный срок. Никто не стал копать — "друзья" отца быстро закрыли дело. Да и плевать всем было, Арт. Вот тебе мораль. Не важно, какие у тебя были причины — если суть поступка ужасна, то и остальные увидят его таким. Нет красивой и чистой справедливости, как в сказках, чтоб добро восторжествовало, а зло было побеждено.

Арт смотрел в пол, переваривая сказанное.

— На то и есть сказки, — кашлянул Фолл. — Готов ли ты к тому, что мир увидит тебя злодеем, когда ты поступаешь, как герой? Будем надеяться, что ответ на этот вопрос ты не получишь.

Первый герой развернулся, ступая прочь.

— Иди. Тебя уже, скорей всего, ждут.

— Я запомню, — с полыхавшими в глазах эмоциями сказал Арт. Затем поднялся, выходя прочь из хибары.

Фолл за ним не последовал.

Спустя пять тихих минут снаружи раздался голос. Судя по звуку, принадлежал он мужчине средних лет, отчётливо ощущавшего, что хибара так и не осталась пустой.

— Дух, призрак, демон, неупокоенная душа… Я всё гадал, что за странные эманации исходят с пятнадцатого острова. Кто бы мог подумать, что это будешь ты…

Фолл встал, медленным шагом выходя наружу. Там, на одном из поваленных брёвен, сидел человек, державший в руках трость. Там была воткнута в землю, поддерживая его спину. На человеке был светло-зелёный плащ с золотым обрамлением, поблёскивавшем при свете солнца. Фолл ухмыльнулся, подходя к человеку поближе.

— Ты вовремя, Скай.

— Ха! — первый герой этого не видел, но знал, что человек улыбнулся. — Зовёшь меня по имени, смертный? После всего, что ты сделал?

— Ты и так знаешь, что у меня не было выбора, — выдохнул Фолл, садясь на бревно рядом с мужчиной, чьё лицо скрывал навес капюшона. — Давай избавим друг друга от ненужных приветствий и нежностей и перейдём сразу к делу.

— Делу? — хмыкнуло нечто, что Фолл назвал Скаем. — Какое дело может быть у тебя, Фолл, ко мне? Смертный, драконам не сняться сны… Но я до сих пор вижу в кошмарах истерзанные тела моих братьев и сестёр. Их горячая кровь, мои сломанные крылья… И ты, в центре всего это. Ты, и этот… Это.

— Какой уже раз мы ведём с тобой этот разговор? — устало протянул Фолл. — В десятый? В десятитысячный?

Дракон-хранитель Ливиграда замолчал, смотря на хибарку, на лес вокруг неё, на чистое, голубое небо над нею. Разумеется, его взор убегал куда дальше этого острова и даже этих земель — ибо только бирюзовые драконы способны видеть дальше остальных. Дальше сильных этого мира, дальше самых могучих волшебников времени. В их жилах течёт чистый серый эфир — высшая форма воплощения энергии, материальная. Ни один человек, орк, гном или эльф не способен превзойти этих великих существ.