— Стать сильнее — лишь временное решение, — с напряжением в голосе протянул парень. — В этом мире… Очень много тех, кто куда могущественнее меня. Тех, кто совершенствовался годами — например, Сангвин. Как мне одолеть их? Нет, не так… Как мне выжить при встрече с ними?

— До вашей встречи ещё много времени, — положил руку на плечо Арта Фолл, качая головой. — Но, знаешь… Способ есть. Вряд ли он тебе понравится, потому что это не то, чем должны руководствоваться герои.

— Я бы хотел сперва выслушать, — упорно стоял на своём последний герой, глядя Фоллу в глаза.

Тот усмехнулся, кивая. Будто уверяя сам себя, что когда-нибудь эти слова пригодятся ученику.

— Что ж… Если ты по-настоящему хочешь выжить, но не можешь позволить себе стать холодной машиной для убийств, то вместо машины ты должен стать животным. Рвать, кусать, брыкаться, рычать, бежать напролом — чистые инстинкты, никакой рациональности.

— Животным? — неуверенно переспросил Арт.

— Сейчас ты вряд ли поймёшь… — выдохнул Фолл, убирая руку с плеча парня и вынимая ею пачку сигарет. Сунув табачный свёрток в зубы, улыбнулся. — Да и, повторюсь, герои до такого не опускаются. Благородство, понимаешь ли, не позволяет. Ты… — Фолл вздохнул, вынимая сигарету изо рта. Покрутив её между пальцами, продолжил. — Ты видишь нас как спасителей, как свет в абсолютной тьме. Не могу сказать, что это неправильно. В конце концов, ты ещё молод, да и героем стал совсем недавно… Но если ты попадёшь в ситуацию, когда ты по-настоящему, без какого-либо выхода, не будешь способен выжить, когда уйдёт вся надежда, когда не останется товарищей, что стоят с тобой плечом к плечу…

Фолл говорил, и блеск его глаз тускнел.

— Тогда ты либо умрёшь, либо обратишься в животное в попытке выжить.

— Ты… Скажи, Фолл, ты сталкивался с подобным? — тихо спросил Арт, раздумывая над тем, что сказал первый герой.

— Больше, чем хотелось бы, — хмыкнул он. — Возможно, ещё слишком рано такое говорить, но Арт — нет ничего ценнее для живого существа, чем его собственная, пардон, жизнь. А мы, по своей натуре, привыкли защищать то, что имеет для нас ценность. Так, свою жизнь мы защищаем с несравнимым ни с чем рвением.

— Я готов отдать свою жизнь, если это защитит кого-то, кто мне дорог, — сжав кулаки, сказал парень. — Потому что так поступают герои.

— Ха! — хохотнул Фолл, поджигая сигарету. Вернув её в зубы, затянулся, выпуская серый дым под низкий потолок. — Видишь вот эту картину… — он ударил пару раз по золотой рамке, в которой находился портрет. Там, сунув руки в карманы брюк, стоял высокий молодой мужчина с голубыми глазами, короткими рыжими волосами и усталой улыбкой на губах. Мужчина был запечатлён в процессе работы, судя по разбросанным вокруг него бумагам и манускриптам. Позади виднелся край стола и чёрной древесины, с которого капали чернила на пол, покрытый алым ковром. — Этот красавчик — Ди.