— Кхм… Ты сказала, что провинилась предо мной и должна понести ответственность. Как насчёт… Вступления в мой орден?

— Орден? — задумчиво переспросила женщина. — Это тот орден без имени, про который так любит рассказывать твой грубый эльф?

— Да, я и Кирагас пока единственные, кто там есть, — неловко подтвердил её слова Арт. — Но суть ордена определяю я — его глава. Если вы… Если ты согласна, то можешь считать, что никакой вины передо мной у тебя нет.

— Идёт, — протянула руку Эсмеральда. За эти дни она многое успела обдумать — в том числе факт того, что Сад больше никогда не будет прежним. Паренёк, который сидел перед ней сейчас — последняя надежда Крэйна. И её собственная надежда на лучшее будущее. Нет ничего плохого в том, чтобы встать под его знамя. В конце концов, люди любят всё усложнять. Всё равно у всех них одна цель, а всё остальное — лишь ненужная бюрократия.

Арт двинулся на кровати, следом пожимая крупную ладонь.

— Спасибо, наставник. Думаю, ты вполне заслуживаешь звания заместителя главы.

— Ха-ха! — рассмеялась Эсмеральда. — Тогда я пойду задирать твоего эльфа. Или теперь уже нашего? Ха-ха-ха!

Помахав Арту, женщина выпорхнула из комнаты с грацией, которой позавидовали бы эльфы. Фолл восхищённо присвистнул — действия Арта не укладывались в его привычное видение этого странного героя. Проявить жалость и понимание к бывшему врагу уже достойно главы какого-нибудь рыцарского ордена, но пригласить туда своего же наставника? Понимал Арт это или нет, он собирал вокруг себя верных союзников. Ирис, Кирагас, теперь и Эсмеральда… Их верность принадлежала не Саду — они были верны и верили Арту, не организации. Его молчаливость, его упорство, его высказывания — это завоевало сердца самых разных личностей. И Фолл чувствовал, что это ещё не конец, нет, наоборот — это только начало.

Начало чего-то большего.

Как когда-то создали из разбитых, потерянных личностей Сад Мира и Фолл, так и Арт теперь собирал вокруг себя тех, кто следует за ним беспрекословно.

— Оно и к лучшему, — прошептал Фолл себе под нос. — Мы своё отжили. Потрепыхаемся ещё немного, а потом — дорогу молодым.

Следующим в комнату вошёл Йоран, буквально согнувшись пополам в поклоне. Арт слегка опешил от столь резкого движения главы Легиона, тут же попросив того поднять голову. Йоран был тих, но его синие глаза говорили за него всё, что мужчина не мог сказать вслух. Горечь сожаления, едва заметный огонёк надежды и облегчение — вот что говорили они.

— Эсмеральда не рассказала тебе новости? — поправив волосы, трепыхавшиеся на уровне плеч, уточнил глава Легиона. — Хм… Это на неё не похоже. Тогда будет ли достаточно слов от меня?