[Сергей: Уверяю вас, ничего такого не произойдёт.]

Юноша, одетый в чёрную монашескую рясу, исполосованную лиловыми оттенками, прошёл внутрь, оставив слегка озадаченного стражника позади. Перед ним вздымалось огромное здание, внутри которого таилось решение всех его проблем.

Стоит всё-таки постараться поконкретнее описать замок, хоть в этом, по сути-то, и нету никакой нужды. В целом, дворец делится на четыре яруса: центральный — самый широкий, в нём располагается самые важные для публики места, по типу столовых, тронных залов, оружейных, спален, трофейных, кабинетов и т. д., по бокам же стоят два корпуса потоньше центрального, но гораздо выше. В них располагаются всякие кладовые, уборные, ванные и прочие, полезные для хозяйства, комнаты, включая помещения для челяди. Позади же возвышается самое высокое и самое тонкое сооружение, являющееся одновременно и дозорной башней, и неким апофеозом величия династии и банальной сокровищницей, если говорить о её самых нижних ярусах. Правда, несмотря на такое изобилие корпусов, комнаток тут не так уж много, да и то — большинство из них толком и не обделаны, в основном из-за того, что сам замок не такой уж и старый.

Зато снаружи дворец выглядит крайне эпатажно и грациозно, редкие окошки появляются вдоль заметных выступов, тянущихся линиями вдоль башен, все переходы будто обвиваются вокруг друг друга кирпичными змеями, ну и, естественно, всё выполнено в свойственной для Йефенделла палитре: жёлтый и лиловый.

Сейчас юноша находился на первом этаже центрального корпуса — коридоры, обставленные редкими вазами и гобеленами тянулись вправо и влево, а на потолке гордо возвышались люстры. Сергей понятия не имел, по какому принципу они горели — в них не было свечей — скорее какие-то камни или даже… Орехи? В любом случае, сейчас это не имело абсолютно никакого смысла для попаданца, так что он просто двинулся в указанную ему доселе сторону.

«…»

Наконец, он поднялся по лестнице и дошёл до нужной двери. Она и правда была жёлтого цвета, причём нарочно — на дереве были видны небольшие катышки и неровности, оставшиеся от капель засохшей краски. Сверху был выгравирована не такой уж и сложный символ, чем-то похожий на египетский крест Анубиса, скрещённый со звездой Давида.

Однако юношу не так уж и сильно интересовала геральдика, он просто постучался в дверь и принялся ждать.

«…»

Тем не менее, ему никто не отвечал. Тогда он сам потянул за руку, и дверь, на удивление отворилась.

В комнате, облокотившись на документы, сидел, закрыв глаза, невысокий осунувшийся мужчина с сальными чёрными волосами, растущими вокруг плеши. Он был одет в серый фрак с какими-то невероятно нелепыми жёлтыми линиями — создавалось ощущение, что он пытался быть похожим на пчелу, точнее говоря, её крайне стрёмную версию.