[Траст: Наверняка, где-то ближе к пустырю… Не думаю, что ребёнку пойдут на пользу гниющие трупы и братские могилы…]

[Оныч: В старай карчме… Я жыву.]

[Траст: Видишь, как и говорил… Не твоё это, Оныч. Вот я, думаю, нам представления устраивать…]

[Оныч: …]

[Траст: Что ты так улыбаешься? Ты — вот, великан, будешь тяжести поднимать, а я жонглировать умею.]

Сказав это, зверолюд взял тройку яблок из обоза и принялся ловко вертеть ими в воздухе, уставившись носом в сверкающее небо.

[Оныч: И развы там дыньги?]

[Траст: Конечно. Мы же не среди нищих будем выступать, а во Втором или Первом Кольце. Думаю, они пустят — сначала посмеяться, а потом уже и уважать станут.]

[Оныч: …Мона попробавать… Всы равно выбара ныту…]

Бедная кобыла всё гнала и гнала, уже еле перетаптывая по пыльным тропкам.

Часа через полтора, наконец, добрались. Выступал Траст, обошлось без насилия. Старейшина выдал убийцу, Оныч связал его и сунул в повозку, и зверолюды тихо уехали. Всем раздали по 100 монет — щедрая плата Амбьердетча. К ночи здоровяк был уже дома, зверолюд с лисьими ушами в монастыре, а убийца в подвале Амбьердетча.

[Лиля: Онушка, ты вернулся? Ой-ой, ну как там, не потрепали тебя?]

[Оныч: Нэт.]

[Лилия: А ну, давай, обернись, не верю я тебе, обормоту.]

[Оныч: Харашо.]

[Лиля: …]

[Оныч: …]

[Лиля: И правда ни царапинки… Тот монах договорился снова?]

[Оныч: Да.]

[Лиля: Ладно… Заходи тогда, пошли ужинать, а то ты и обед у меня пропустил, грех таким на улице показываться.]