Яростно крикнув, юноша вонзил ладони в землю и резко задрал подбородок, болезненно разинув рот.

[Игимиро:..?]

Неожиданно почва разлилась водой, и вся огромная толпа Игимиро провалилась вниз, в то время, как принц отчаянно начал грести в сторону плавающего пенька.

«Я должен… Должен успеть… Должен успеть…»

Тысячи всплесков преследовали Эгбурга, топя друг друга в процессе, но юноша всё же успел взобраться на качающийся на волнах пень от какого-то дерева.

[Эбург: Фуууххх….]

Присев на древесину, принц докоснулся до поверхности просто огромного пруда, созданного его руками, и всё тут же превратилось в камень.

[Эгбург: Эххх….]

Тысячи клонов были буквально зарыты под булыжником, у некоторых выглядывали руки или части лица из-под сплошного слоя камня, но никто из них не был в состоянии выбраться наружу и что-то сделать принцу.

«Это… Всё?..»

Раны медленно заживали, юноша судорожно оглядывался по сторонам, ожидая очередного удара со спины, но всё было тихо, и ничего ровным счётом и не происходило.

«Неужели я его одолел…»

Клоны постепенно начали исчезать — буквально испаряться. В камне оставались многочисленные отверстия, но никаких новых зверолюдов не появлялось. Стена и дома тоже постепенно исчезали: колодец, избы, тропы, амбар, конюшня — всё это просто перестало существовать в мгновение ока, и принц остался один посреди голого и теперь уже каменного пустыря.

Ну как один… В нескольких сотнях метров от него на камне спокойно дрых Сергей, испуская слюну из своего приоткрытого храпящего рта.

«Как он так крепко спит?»

Полностью восстановившийся Эгбург отряхнул себя от каменной пыли и, прихрамывая, двинулся к своему товарищу.

Среди громадных вековых деревьев теперь задул не свойственный для этой местности ветер, а по каменной пустоши заскакали небольшие кусочки слизистых листьев, спадающих с далёких вершин.

«Это был очень… Очень… Очень тяжёлый бой… Знал бы я ещё, кто это вообще был, было бы гораз»

Лезвие прошлось по шее принца, и его голова грохнулась на камень.

* * *