– Алитиа, – выдавил Ариан.
На зов откликнулись двое юношей-бретонцев, один худой черноволосый, другой полноватый блондин, с промокшими длинными волосами. Их одежда несколько иная – она лишена почтенного ораря, но цветом такая же. Как только подошли служители, священник склонился над девушкой, встав на колени, поднял руки и зажатые в правой ладони чётки постучали. Донестись до уха глубокое восхитительное пение:
– Хоть наши сердца преисполнены скорби, возблагодарим Девять за все блага, которыми они одарили усопшую Алитию, и возгласим: слава тебе Аркей, слава. Прими усопшую на всех путях своих.
– Благодарим тебя, Аркей, – пропели служители.
– За все годы и дни, которые Алитиа прожила с нами.
– Благодарим тебя Аркей, – на этот раз поёт и Ариан.
– Помолимся Аркею, чтобы он не оставил душу Алитии на путях своих и спас её от тёмных сил.
– Просим тебя, Аркей.
– Пусть то, что она делала – не будет забыто.
– Просим тебя, Аркей.
– Прости ей грехи, которые она совершила
– Просим тебя Аркей.
– Пусть память о ней живёт в наших сердцах.
И глубоко вдохнув, священник закончил:
– Акатошу великому, Аркею хранителю душ, Маре любящей, Стенндару справедливому, Дибелле сердечной, Зенитару трудолюбивому, Кинарет дающей удачу, Джулианосу мудрому мы воздаём хвалу. Смилуйтесь над Алитией и даруйте покой души.
Священник поднялся и кивнул в сторону служителей, чтобы они шли. Как только парни убежали, церковнослужитель кратко сказал:
– Это всё. Крепитесь и молитесь, пусть боги смилуются над вашими утратами.
«Нет никаких богов» – гневно подумал Азариэль с чувством существа, потерявшего опору – «Старые… лживые боги… они взрастили в нас гордыню и слепоту. Если бы они были бы добры и заботились о тех, кто исполняет волю свою, то не дали бы так нам пасть. Нет… богов нет», – безрадостно мыслит Азариэль. – «Если бы они были, то остановили предателя Люция… где они были, когда мы просили милосердия и просветления сердец мятежников? Мы потеряли Истину, потеряли свет, который бы не дал нам распасться. Нет никаких богов». – Уныло заключил Азариэль, печально посмотрев на Префектора разведки.
Ариан выглядит безрадостнее могилы и пасмурнее этого дня. Азариэль видит это, но ничем не может помочь, не может обратить время вспять и породить другой конец кровавого похода Люция, отчего рождается удручающая беспомощность.
– Что ж, хоть отпели её, – изрек Рафаэль. – И на том спасибо.