Гилберт мысленным усилием заострил ауру, и отсеченный конец пуповины упал на пол. Затем он бережно обернул ребенка плащом и стремглав выскочил из особняка.

* * *

Дождь непрекращающимся потоком хлестал по лицу, но Гилберт не замечал этого. Спустя пять минут он прибыл к владениям, на которых проживал заклятый враг Дома Найт.

Высокие железные ворота охраняли девять стражей. Капли воды на их тяжелых серебряных доспехах блестели в сиянии лунного света.

— Дальше проход запрещен! Любой нарушитель будет наказан! — стражи преградили ему путь и, выставив копья, велели остановиться.

На счету была каждая секунда. Не сбавляя ходу Гилберт, словно дуновение сквозняка пронесся между фигурами неповоротливых воинов. Каждый мимо, которого он прошел, как подкошенный рухнул на землю. Гилберт устремился к белой девятиэтажной часовне.

Будучи уже внутри часовни, он нашел хозяина белоснежного пера.

— Ублюдок, как ты посмел заявиться сюда и просить что-то у меня?! — помещение озарила вспышка энергии.

Тело Гилберта впечаталось в стену и сползло вниз, но сверток в его руках остался нетронутым. Это был лишь один удар, но во рту сразу ощутился металлический привкус крови.

— Сэр, прошу оживите моего сына, взамен я сделаю, все, что скажете, — поднялся он и упал на колени. От неожиданного горя его фигура непроизвольно ссутулилась.

Процедура избиения повторилась еще пять раз. Каждый удар энергией по силе был не меньше удара молота весом в сто тонн, но каждый раз Гилберт поднимался и снова вставал на колени, по-прежнему прося оживить сына. В конце концов хозяин белоснежного пера приблизился к Гилберту. Его могучая фигура подавляла, а глубокий взгляд не отражал ни тени эмоций.

— Хо-хо, да я смотрю ты упертый и на удивление прочный ублюдок. Хорошо, ты же в курсе, что я ненавижу тебя и всю твою ублюдочную семью. С чего ты взял, что я смогу оживить его? И почему ты решил, что я помогу тебе?

Гилберт выплюнул на пол красный сгусток, последствие перенесенных ударов. Отчего в воздухе сразу разнесся запах крови.

— Сэр, своим вторым вопросом вы уже ответили на первый вопрос. Во всем городе своем деле вы непревзойденный эксперт. Никто из других Домов не может оживить мертвого, но даже после огромного количества битв никто не видел предела вашего таланта. Многие называют вас чудотворцем. Поэтому смиренно прошу: если это в ваших силах, верните к жизни моего сына, — умолял Гилберт. Переступив через гордость наследника знатного Дома он дополнил. — Взамен я выполню любую вашу просьбу.

Голос звучал сухо и слабо. Гилберт активировал ауру, чтобы поставить на ней отпечаток клятвы и заверить в серьезности своих намерений, но хозяин белоснежного пера остановил руку молодого отца.