— Хороший выбор… — хохотнула Бестия, «подсветила» самое дальнее и показала его же на экране монитора, занимавшего фронтальную стену зала управления: — Это самое защищенное помещение минус первого этажа. Проектировалось, как хранилище тяжелого вооружения двух стандартных смен телохранителей. Правда, забито примерно на две трети объема, но это ведь мелочи, правда?

Я ошарашенно оглядел стеллажи, забитые стандартными армейскими контейнерами, и облизал пересохшие губы:

— Назвать тяжелое вооружение мелочью у меня не повернется язык!

— Замечательно! — улыбнулась она, посерьезнела и подозвала меня к главному терминалу: — Приложи-ка ручку вот к этой пластине и засвети личико перед сканером, а то особняк твой, а полный доступ к убежищу есть только у меня.

Я повиновался. В смысле, прошел довольно долгую и навороченную процедуру первичной идентификации, затем посмотрел за второй такой же, но в исполнении Ларисы, и демонстративно постучал по экрану комма.

— Мне надо еще тридцать секунд! — сообщила Долгорукая, провозилась с открытой программой чуть больше сорока, свернула, вскочила с кресла и изобразила бравого солдатика, то есть, развернулась ко мне лицом, встала по стойке смирно, молодцевато развернула плечи и выпятила грудь.

— Хороша! — ухмыльнулся я, демонстративно сфокусировав взгляд на аппетитных округлостях, распирающих легкую светло-зеленую блузку. — Но сам образ ошибочен: военнослужащих поощряют увольнениями, отпусками, объявлениями благодарности, присвоениями очередных воинских званий и тэдэ, а тебе, судя по смешинкам и хорошо знакомой поволоке во взгляде, хочется… хм… внимания!

— Ну да, ошиблась… — «убито» вздохнула она, получила вожделенный поцелуй и, снова развеселившись, утащила нас с Язвой к внутреннему лифту убежища. А минуты через полторы, прокатив с минус третьего на минус первый, привела к жилому блоку для командиров смен телохранителей и сообщила, что все камеры на этаже отключены.

Я огляделся взором, не обнаружил ничего подозрительного, вошел в небольшую, но очень уютную гостиную, помог дамам опуститься в кресла, а сам плюхнулся на диван и достал из пространственного кармана в большом вертеле правой бедренной кости браслет-телепортатор. «Зеркало» в спальню на Базе вывесил через считанные мгновения, продавил головой его пелену, огляделся чувством леса и «вернулся» к своим женщинам:

— В жилом блоке никого.

— Заглянешь к деду? — поинтересовалась Язва.

— Других вариантов нет… — буркнул я, выбрал слово «Мастерская», активировал заклинание, вгляделся в помещение, появившееся по ту сторону плоскости сопряжения, предвкушающе ухмыльнулся, продавил ее лицом и подколол главу семьи: — Дед, творчество — дело хорошее. Но уходить в него с головой в тот момент, когда на колене сидит любимая женщина, однозначно не стоит!