Подушки раздал за считанные секунды, затем упал на оставленное место, накрыл нас покрывалом и услышал предвкушающий смешок Даши:

— Все, понеслось…

Пока разворачивался лицом к телевизору, на нем появилась телеметрия с какого-то прифортового аэродрома. Вернее, со взлетно-посадочной полосы, по которой разгонялся первый аэропоезд из самолета-буксировщика и двух планеров.

— А птички-то не наши… — задумчиво пробормотала Лара, вцепилась в комм, влезла в Сеть и вскоре нашла нужную информацию: — «Мотыльки». Китайские. Вроде как, одни из лучших одноместных моделей в мире… Так… Ну да, характеристики хоть стой, хоть падай: аэродинамическое качество за шестьдесят, максимальная скорость сто двадцать километров в час, время, необходимое для разворота на сто восемьдесят градусов при крене в сорок пять градусов — всего пять секунд, длина под восемь метров, размах крыльев — за двадцать восемь, максимальный взлетный вес восемьсот килограммов, водобалластные баки на триста литров и так далее. В общем, вещь! Но дорогая — застрелиться и не встать…

— Что такое «аэродинамическое качество»? — спросил я.

— Отношение дистанции, пройденной планером, к потере высоты при спокойном воздухе и без ветра… — ответила она. — Говоря иными словами, любой из этих «Мотыльков», отправленный в свободный полет с высоты в один километр, приземлится только через шестьдесят два. А эти птички, вне всякого сомнения, поднимут как минимум на три!

— И как они будут ориентироваться?

Лара вывела на телевизор картинку со спутника и довольно хохотнула:

— А облаков уже нет — разогнали! Плюс пилоты наверняка ни разу не любители, полетят по ветру и все такое…

Не знаю, насколько высококлассными профессионалами были пилоты, но те двадцать планеров, которые поднялись в воздух с этого конкретного аэродрома, отцеплялись от буксировщиков где-то в километре от Полосы, легко и непринужденно уходили в вираж, вставали на нужный курс и плавно разгонялись. Приятно порадовала и предусмотрительность тех, кто готовил эту операцию: нижняя поверхность каждого «Мотылька» была выкрашена в светло-синий цвет и должна было сливаться с небом, а верхняя, наоборот, блестела серебром и прекрасно отслеживалась со спутников.

Неслабо впечатлило и количество планеров, одновременно поднятых в воздух: через полчаса после взлета первой «птички» к центру Багряной Зоны летела стая из семидесяти двух штук, причем «цепочками» по три единицы! В общем, первые сорок с лишним минут операции мы любовались красивым зрелищем и старались не думать о том, как сложится жизнь пилотов дальше. А потом сразу несколько «цепочек», двигавшихся в авангарде, вдруг сошли с идеальных прямых и начали ускоряться. Шахова, подготовившаяся к этому моменту, перекинула на экран телевизора картинку, демонстрирующую одно отдельно взятое укрепление, в котором корхи спрятали обелиск, заявила, что вояки в кои веки выполнили боевую задачу не через пень-колоду, и в этот миг строение вдруг вспыхнуло ослепительно-белым пламенем!!!