До склада мы дошли буквально за десять минут, но тут первый раз встал вопрос доступа. Универсальная карточка не работала, замок мигал и отвечал красным – видимо, завхоз перепрограммировал его по каким-то своим соображениям. Сейчас причины были уже неважны, следовало разобраться с последствиями. Ланселот принялся копаться в электронике, пытаясь отключить систему изнутри – выпустил из себя узкий щуп с дата-джеком на конце и вогнал его за щитом прямо в кабели управления. К сожалению, никакого особого эффекта это не дало, он провозился минут тридцать, но в итоге покачал головой.

К счастью, на такой случай у меня была универсальная отмычка – нет, не так, ОТМЫЧИЩЕ! – в виде моего молота. Первые два удара дверь, к моему удивлению, выдержала. Даже стало интересно, какая ж у нее толщина? Удар вполсилы оставил небольшую вмятину, второй – уже в полную силу – вогнул створки на пяток сантиметров… но я рассчитывал на несколько иной эффект. Обычно после такого удара вылетали даже бронепластины. Эту хрень что, из нокий 3310 делали, что ли?

Третий удар все же вынес чертову дверь, правда, я потратил аж два заряда усиления. После этого ответ на свой вопрос я получил: толщина стали почти метр, с соответствующей массой – все механизмы я повредил, так что отодвигать пришлось вручную, и не сказать, что это далось нам легко. Возможно, если бы не Ланс, то и не справились бы.

Помещение за дверью полностью соответствовало виденному на камерах – стеллажи, забитые всяким древним хламом, паллеты – все в пыли. Я стряхнул с одной из паллет рассыпающийся материал и обнаружил пластиковые упаковки с маркировками сублиматов. Быстрый обыск склада дал нам в качестве результата неожиданный для Дока запас реактивов их лаборатории. Так что, технически, можно было бы изготовить мутагенную сыворотку. Док попросил меня в любом раскладе доставить это к Эрику, потому что это был их шанс на восполнение численности, и отказываться я не стал. Запаковал отобранное им в пластиковый контейнер, спрятал в инвентарь – теперь, даже в случае моей гибели, я просто возрожусь с ним в Блюкрейне.

Больше на складе делать было нечего, так что мы заторопились к следующему пункту плана.

Коридор казался каким-то бесконечным. По бокам иногда встречались ответвления и множество грубо вскрытых дверей. Тел сотрудников вокруг уже не было – панцирники тщательно подобрали весь доступный им белок, – но следов их наличия было предостаточно: старые, побуревшие пятна крови на пластике, обрывки костюмов и халатов, бейджи, авторучки, блокноты. Иногда с записями, иногда без – и многие залиты или кровью, или чем-то еще, на что мой сканер говорил: “БИОУГРОЗА”.