— Скажи, что ты просто прикалывался, — попросила она.

— Не могу, мэм, — признался Креб.

— Устав запрещает? — пошутила она, бросив на него насмешливый взгляд.

— Да, мэм. Устав запрещает мне относиться к пилоту противника с чувством собственного превосходства, проявлять чванство, переводить моменты службы в личное, — начал перечислять Креб.

— Пилот противника? — переспросила Диа удивленно. — А ничего, что я уже который день нахожусь безвылазно на борту вашего ЗСРа и ко мне даже штурмовиков для компании перестали приставлять?

— Ничего, мэм. Вам простительно.

Пассик посмотрела ему прямо в глаза, прищурив их так, что они больше походили на смотровую щель шлема тяжелого пехотинца.

— Надо найти вашего СБшника и рассказать ему, что ты нарушаешь Устав, майор, — сказала она.

— Вам не поверят, мэм, — вздохнул Креб, не выдержав и улыбнувшись. — Я на хорошем счету.

— Подстраховался, значит, — хмыкнула та с довольной улыбкой. — Да, теперь понятно, что Тиа в тебе нашла.

Улыбка сползла с лица Креба.

— Прости, — сказала Диа, тоже помрачнев. — Я не хотела тебя задеть.

— Все в порядке, мэм, — ответил тот негромко. — Я почти привык к тому, что сбить меня не просто. А небольшие подпалины на корпусе — это так, издержки избыточно долгой жизни пилота-перехватчика.

— Звучит так, как будто ты не доволен тем, что теперь вы не погибаете каждый пятый вылет, — сказала Пассик. — Ты же слышал шутку о том, почему во время сражения пилоты Альянса никогда не знакомятся с пилотами Империи?

— Разные частоты комлинков? — предположил Креб.

— Нет. В этом нет нужды. Каждый шестой вылет в TIE будет уже совершенно другой пилот.

— Вон оно что, — понимающе кивнул Креб.

Шутка относилась к тем временам, когда основным истребителем Имперского Звездного флота являлся TIE-истребитель.

Статистика вылетов на нем была такова, что пилот погибал после каждого пятого боевого вылета.

Прожившие больше становились асами, которых уже никто и ничто не мог сбить.