Заев стресс горой разнообразных восточных сладостей, большинство из которых я даже никогда не видел, я отправился посмотреть, что за "цветник" собрал себе купец. Какой-то толстый мужик с одутловатым бабьим лицом и кривой саблей на поясе попытался преградить мне путь и не пустить меня в "розарий". Но от толчка маленькой ладошкой, улетел в охраняемую дверь, выломав её своим грузным телом. Переступив через поверженного евнуха, я вошёл в святая святых любого восточного мужчины.

Увы, но меня ждало разочарование, помещения занятые гаремом были увеличенной копией моих комнат, причём мне показалось, что мои "палаты" даже по богаче будут.

Сам гарем, тоже не впечатлил, как оказалось, что из всей толпы разновозрастных дам, только две были наложницами Абдулвакиля, остальные оказались, тетками, двоюродными сёстрами и прочими дальними родственниками, оказавшихся без мужчин.

Разочарованный до глубины души, ушёл к себе игнорируя любопытство и вопросы, от коренных обитателей.

"М-да, как-то ни так я представлял себе гарем. Старые некрасивые тётки с бородавками, вообще не вписывались в моё представление о прекрасном".

Вечером вернулся мой "батя" и пригласил меня попить чайку, всё чаепитие странно смотрел на меня и грустно улыбался. В конце потрепал по макушке и подарил золотой браслет с мелкими изумрудами. Отказаться от золота было выше моих сил, пришлось взять. Как оказалось браслет был вовсе не браслет, а какой-то анклет и носился на лодыжке. Пожав плечами нацепил хрень на ногу.

"Так даже лучше, не прое... потеряю".

Неделя промелькнула, как один день, всё это время Абдулвакиль уделял мне больше внимания, чем своим наложницам и прочей родне, в конце каждой нашей встречи дарил мне какую-нибудь драгоценную безделушку, при этом был всегда печален.

В итоге я стал обладателем пары витых серег из золота с красными камушками, ножного браслета и маленького разомкнутого колечка, предназначения которого, я сначала не понял, но мои служанки мне любезно подсказали. Оказывается эта штука называется септум и носится исключительно в носу.

Послав на хер рабынь, предлагавших проколоть мне уши и нос, я сложил драгоценные подарки в кошелёк, кроме ножного браслета, и убрал в свой мешок.

Горы тряпок, в качестве подарков я не воспринимал, так как большую часть этого барахла я даже не мерил, так как уподобляться восточным девушкам не собирался и носил, только то что было мне удобно. Правда иногда шёл наповоду у Эльки и повязывали себе на шею какую-нибудь яркую тряпку.

На восьмой день приехал долгожданный дядя Юсуф.