– Что-то ты очень заумно говорить начал, – проворчал Рольф. – По мне, так проще жить надо. Руки, ноги на месте, голова цела – вот и живи. А уж где да как – дело десятое.

– То-то вы ходите и всё в сторону Нордхейма поглядываете, – усмехнулся в ответ Вадим.

Крякнув от досады, Рольф криво усмехнулся и нехотя кивнул:

– Ну, тут ты прав. Только вся беда в том, что наша родина – вот она, рукой подать, а твоя – неизвестно где. Ты же, вон, даже среди россов не остался. Сам сказал, не оно.

– Но от этого желание вернуться меньше не становится, – грустно улыбнулся Вадим.

– Да ну его всё к троллю в задницу, – неожиданно отмахнулся Рольф. – Давай просто напьёмся и повеселимся как следует. Праздник всё-таки. Чем о всяком непонятном думать, лучше, вон, Мгалату, приласкай. Девчонка которую луну по тебе сохнет.

– Чего? – растерялся Вадим.

– Того. Книгочей называется. Как менялу на чистую воду вывести, так это запросто, а как простые вещи понять, так мозгов не хватает, – с довольным видом проворчал гигант, радуясь, что сумел обойти самого книгочея.

Неожиданно, до Вадима дошло, что этот улыбчивый, неторопливый гигант прав. Только теперь он всё понял. И только теперь все её предупреждения и попытки услужить сложились в одну картину. Похоже, девчонка и вправду неровно дышала к нему. От не ожиданности Вадим оглянулся, пытаясь взглядом найти виновницу их разговора.

Словно ожидая чего-то подобного, девушка выскользнула из-за столба, поддерживавшего крышу, и с кувшином в руках подошла к воинам.

– Ещё вина, господин? – спросила она.

– Да поставь ты этот кувшин и выпей с нами, – вместо Вадима ответил Рольф, подхватывая девушку одной рукой и поднимая её над полом.

Взвизгнув от неожиданности, Мгалата чуть не выронила кувшин, окатив гиганта вином.

– Поставь её, Рольф. Вино для того, чтобы пить, а не для того, чтобы им умываться, – усмехнулся Вадим.

– Гляди-ка, а он ревнует, – прогудел гигант, аккуратно ставя девушку на пол.

– Не ревную, а не хочу, чтобы она на тебя всё вино перевела, – рассмеялся Вадим.

Наливая ему, Мгалата, словно случайно, прижалась к Вадиму всем телом, и его будто током дернуло. Сильное тело девушки было горячим и гибким. Опустив глаза, Вадим прочёл у неё на лице надежду и, вспомнив слова Рольфа, подумал:

«Да пропади оно всё пропадом. В конце концов не малолетку укладываю. Взрослая женщина, сама знает, чего хочет».

Плюнув на все условности и моральные терзания, Вадим молча обнял девушку за плечи и, отсалютовав Рольфу кружкой, залпом выпил вино. Словно не веря своему счастью, Мгалата замерла у него под рукой, положив голову ему на плечо и тихо млея от удовольствия.