– Ты умеешь прозревать будущее? – удивился Вадим, вдруг услышав слова Налунги.

– Да. Но только если принесу жертву. Птицу или животное. Моих сил больше нет. Господин, я знаю, что вас перенесли из другого времени. Я знаю, что вы ищете того, кто смог бы объяснить вам помыслы богов. Пощадите меня, господин, и я сделаю для вас всё, что вы прикажите.

– Господин, пощадите её, – неожиданно произнесла Мгалата. – Вы правы, у неё больше нет сил. Потеряв девственность и став рабыней, она потеряла всё. Отпустите ее, господин.

– Если вы пообещаете, что перестанете бояться её. Теперь это только рабыня, – твёрдо ответил Вадим, не опуская секиру.

– Мы больше не будем бояться, господин, – твёрдо пообещала девушка. – Всё кончилось. Мы не боимся её.

– Хорошо, – кивнул Вадим, отпуская девушку и убирая оружие. – А с тобой, рабыня, я ещё поговорю.

Девчонки дружно перевели дух, увидев, что он убрал секиру на место, и, быстро переглянувшись, подошли поближе. Заметив, что они испуганы, Вадим чуть улыбнулся:

– Хотите что-нибудь сказать?

– Господин, вы и правда отрубили бы ей руку? – осторожно спросила Мгалата.

– Конечно. Зачем тогда обнажать оружие, – пожал плечами Вадим.

Он не собирался читать лекции по психологии и объяснять им, что подобные страхи можно выбить только радикальными мерами. Велев девушкам возвращаться к своим делам, Вадим жестом приказал Налунге подняться и, выведя её на улицу, задумчиво спросил:

– Надеюсь, ты не заставишь меня жалеть о своей доброте?

– Нет, хозяин. Я вправду потеряла силу. Теперь я могу только то, что говорила, – ответила девушка, поглядывая на него с явным испугом.

– Как ты узнала, что я не из этого времени?

– Случайно. После того, как вы отпустили меня, я вернулась в замок и узнала, что мои солдаты совершили глупость, за которую я могу заплатить жизнью. Они похитили несколько девушек из племени масаев. Самого сильного и опасного племени людоедов. Противостоять им могут только зулусы, такие же дикие и свирепые. Я совершила огромную глупость, начав приносить в жертву Ваалу не только рабов, но и собственных солдат. В итоге многие из них разбежались, другие погибли, а тех, что осталось, было слишком мало, чтобы оказать масаям достойное сопротивление. Ко всему прочему, против меня восстал мой учитель по чёрному искусству. Я вступила с ним в схватку и проиграла. После этого мне пришлось бежать.

– Ты всё время повторяешь, что потеряла девственность и силу… Почему? Это как-то связано? – задумчиво спросил Вадим.

– Да, хозяин. Колдунья должна быть невинной. Тогда её сила многократно больше. Но самое страшное не в этом. Я получила клеймо рабыни. Этот знак теперь не только на моём теле, он и в душе. Мой первый хозяин сломил меня, сделав не только рабыней по положению, но и рабыней в душе. Я плакала, когда он продал меня. Так может поступать только рабыня.