— Печально, — согласился швед, хотя, по его голосу никак нельзя было сказать, что он опечален. — По вашей милости сорвалась великолепная возможность расстроить все планы русских. И у нас остались всего сутки, одни сутки, чтобы сделать это по всем правилам нашего военного искусства! — король гневно повысил голос. — Соберите своих людей и объявите им: завтра они идут на штурм вместе со всеми. Придам вас на усиление в славный Эстергётландский полк, он понёс потери и нуждается в пополнении. Оружие, обмундирование и амуницию дозволяю оставить свои, во всём прочем — слушаться моих командиров!
— На этой операции я утратил четверых не самых худших бойцов, — зашипел Хаммер, которого совсем не обрадовала идея короля. — Для нас это существенные потери — мы за пять лет в Новом Свете потеряли четверых, и тех от болезней! А здесь — за каких-то четверть часа! Теперь вы намерены вовсе нас угробить, отправив на штурм крепости?
Клокоча от гнева, он сделал всего один резкий шаг в сторону шведа — и в его горло мгновенно упёрлись кончики трёх шпаг. Король и его генералы, чтоб им… А у входа — этого он не видел, но кожей чувствовал — выросли двое драбантов с фузеями.
— Не советую вам забываться, Хаммер, — голос Карла был донельзя надменным.
Англичанин, где-то краешком сознания помнивший, что он уроженец страны с наследственной монархией, понял: сейчас он сделал огромную ошибку. Теперь оставалось только одно.
— Я… виноват перед вами, ваше величество, — сказал он, по-воински встав на одно колено. Склонил бы голову, однако шпаги мешали. — Горе от утраты боевых товарищей помутило мой разум. Но я взываю к вашей рассудительности. Мы не обучены штурмовать крепости и погибнем все до единого, не принеся вам никакой пользы.
— Что-то я немного пользы видел от вас и до того, — король лихо вбросил шпагу в ножны. — Мой приказ остаётся в силе. Завтра вы идёте на штурм в составе Эстергётландского полка. Можете идти и обрадовать своих подчинённых, а затем отправляйтесь к полковнику Штакельбергу.
Вот так, Хаммер. Вот так. Видимо, этот парень с тремя коронами на знамени действительно начал что-то подозревать и пытается от них избавиться. Что ж, тем хуже для него.
Им остаётся только выжить при завтрашнем… то есть, уже сегодняшнем штурме. Если включить голову, то это не так уж и нереально.
— Как прикажете, ваше величество…