— Стало быть, надобно остаться занозой в его седалище, — совершенно серьёзно сказал полковник. — Но парламентёра я выслушаю, ежели пришлют.

— Белый стяг! Переговорщик! — выкрикнул дозорный.

— Вы и впрямь неплохо Карлуса знаете, Васильевна, — хмыкнул капитан в мундире Устюжского полка. — Может, скажете, за какие грехи он на вас так взъелся, что лучших солдат натравил?

— Да так, было дело, морду ему набила, — без малейшей иронии произнесла Катя. — А он взял и обиделся.

Тем не менее, её слова вызвали всеобщий смех. То ли приняли их за шутку, то ли представили сцену воочию. Но всеобщее напряжение хоть немного этот смех снял.

Мазепу узнали все, даже те, кто никогда его до того не видал. Уж что, что, а словесные портреты в восемнадцатом столетии составлять умели. «Иуда», — пронеслось над рядами солдат, когда грузный всадник в богатых казацких одеждах выехал вперёд.

— Приветствую доблестнейшего полковника Келина, — прокричал он снизу, увидев на стене старого знакомого.

— Что вам угодно, гетман? — он знал Мазепу ещё по Батурину и не считал нужным тратить время на словесные реверансы. — Говорите скорее, у нас не так много времени, чтобы тратить его на вас.

— Король свейский Карлус предлагает вам сдать город со всеми его припасами, полковник, — Мазепа понял, что его лично тут слушать не собираются. — Вам лично и всему гарнизону его величество даёт своё королевское слово беспрепятственно пропустить вас с оружием, развернутыми знамёнами и с барабанным боем, яко доблестным воинам, доказавшим свою храбрость. Также с вами могут покинуть город те из жителей, кто пожелает.

— А в противном случае?

— В противном случае, полковник, его величество клятвенно обещал сровнять город с землёй, а гарнизон и всех жителей истребить поголовно.

— Король свейский известен тем, что держит данное слово, — с усмешкой ответил Келин. — Однако мы не для того сюда пришли, чтобы крепости на пароль сдавать. Сколь свейских солдат сего дня при валах полтавских головы положили? Многие сотни. Таково же будет во всякий иной приступ. Тщетная ваша похвальба, побить всех не в вашей воле состоит, но в воле Божией, потому что всяк из нас оборонять и защищать себя умеет![83]

— Ежели сие сказано окончательно…

— Окончательно, гетман. Так и передайте …своему королю!

…Может, с кем-то другим Мазепа и попытался испробовать своё умение убеждать, но загвоздка была именно в том, что этого человека он знал слишком хорошо. Не послушает. Не поверит.

Значит — скоро начнётся обстрел города и новые штурмы. И прекратится ли сие с подходом основной армии Петра? Бог весть. Карл слишком упрям, чтобы оставить затею, которая колом засела в его голове.